Нет, этот поезд проехал.
Вчера, когда увидел девчонку и разозлился на нее, хотел. Да. Но проснувшись сегодня утром, понял, что я подставлю ее под удар.
Как обухом по голове садануло воспоминание:
«– Егор, у вас есть враги? – полицейский смотрит на меня, я на него.
– О чем вы? – смерть жены и сына раздавили меня, и я не в состоянии понимать, что говорят мне окружающие.
– Тормозной шланг в вашем автомобиле был перерезан. Это явилось причиной аварии. Скорость была слишком высокой, поэтому вашим близким не удалось избежать мягкой аварийной остановки авто.
– Перерезан?
– Да. Пытались устранить именно вас. Кому вы перешли дорогу? Вспоминайте!»
Я так и не вспомнил. Несчастные случаи на стройках продолжились. Те, кто убил моих близких не желал останавливаться, оставаясь безнаказанным.
Жаль. Если бы поймал, то задушил бы своими руками.
Аришка скачет зайчиком вокруг нас, заглядывает в глаза по очереди – то отцу, то мне.
– Идём! Идём! Идём!
Хватаю девчонку за плечики, притягиваю к себе.
– Поедем, куда захочешь!
– Нет! – Влад тянет дочь к себе.
– Да! – снова обнимаю за плечики и тащу на себя.
Аришка удивленно округляет глаза, спрашивает:
– Вы чего?
– Кристина что-то тебе сказала, – выдавливаю глухо. – Что?
– Много чего интересного!
– Например?
– Чтобы я не оставлял с тобой Арину!
– Почему?
Перекидываясь вопросами, продолжаем тянуть девчонку друг на друга.
– Это ты расскажи мне, почему у гаденыша и брат гад?
– Что???
– Что слышал!
– Га-а-д! – тянет Ариша, застрявшая в моих крепких руках.
– Ты про Рому? Хоть знаешь, как он погиб? – цежу сквозь сомкнутые зубы.
– Помню! По телевизору показывали передачу о молодых хоккеистах, погибших на льду.