Усаживаемся рядом с небольшим фонтаном с подсветкой. Делаем официанту заказ. Едва собираюсь обратиться к девочке, как меня опережает ее отец. Влад делает заказ за дочь, не спрашивая у нее, чего желает она.
– Для девочки булку с котлетой и сок. Персиковый. Мороженое шоколадное и фисташковое, по одному шарику.
Хмыкаю. Надо же, какая у них идиллия. Отец знает всё, что нужно дочери, а она со всем согласна. Чтобы он не сделал, чтобы не решил. Только в одном они не совпадают – она не готова расстаться с ним. А вот он, похоже, уже всё решил.
Хмыкаю. Вслух.
– Какие-то проблемы?
– Мороженое. Клубничное. Себе закажи, – смотрю абсолютно серьезно и даже с вызовом.
– У меня аллергия на красные красители.
– Твои проблемы, – прищуриваюсь для пущей убедительности.
– То есть ты не успокоишься, пока не увидишь, как я покроюсь алыми пятнами и начну чесаться? – прикусывает губу, решается. – Два шарика клубничного мороженого для меня, – уточняет ожидающему официанту.
Дальше сидим молча. Перекидываемся с Владом тяжелыми взглядами, не зная с чего начать.
Нет! Конечно, мы оба знаем с чего начать – с мордобоя.
Только ситуация не та. Маленькая девочка, сидящая между двумя огромными мужскими фигурами, надутыми злостью и амбициями, портит наш стройный план по уничтожению противника.
Перекладываю салфетки с места на место, пока Влад передвигает туда-сюда сахарницу.
Ариша долго ёрзает на месте, а потом внезапно соскакивает с места, хитро подмигивает нам и неожиданно начинает петь песню мышонка из мультика.
При этом девчушка с двумя кривыми хвостами и ярко-зелеными глазищами театрально складывает руки таким образом, будто у нее в руках гитара.
«Какой чудесный день,
Какой чудесный пень.
Какой чудесный я и песенка моя-я-я.
Ля-ля -ля-ля
Не скучно мне ничуть,
Пою, когда хочу.
Какой веселый я и песенка моя-я-я.
Какой чудесный день,
Кушать мне не лень!
Со мной мой папа Влад и дядя Егор. Вот так»!
Едва очумелая блондиночка заканчивает петь, как люди вокруг взрываются аплодисментами.
Я мысленно планирую, в какую академию отдам племяшку. В Гнесинку или в академию искусств.
Только серьезное выражение лица Влада не меняется. В довершение к жесткой маске, лицо оппонента покрывается алыми пятнами.
– Арина, я просил тебя не заниматься самодеятельностью в общественных местах! В метро, в электричке, в ресторане!
Аришка опускает глазки в пол и ее хрупкие плечики начинают дрожать.