– Единственное, что я хотел бы стереть из твоей памяти – это вчерашний вечер.
Вчерашний вечер? Я не сразу поняла, о чем он. А поняв, густо покраснела. Надо же, все это было вчерашним вечером, а кажется, что с тех пор прошли уже годы.
Стоп!
Он хотел бы, чтобы я это забыла? Интересно почему. Чтобы и воспоминания не осталось о том, что мне пришло в голову провести эту ночь с ним? Или потому, что он меня выпроводил? Если бы я не помнила об его отказе, возможно, когда-нибудь мы могли бы и в самом деле…
Я уже хотела уточнить этот жизненно важный вопрос, но не успела. Инспектор каким-то (явно волшебным) образом оказался рядом. Я тоже сделала шаг навстречу, и вдруг как-то само по себе оказалось, что мы целуемся.
Безграничная нежность мешалась с горячей страстью, коленки мигом ослабли, а по телу прокатилась волна тепла. Сомнения, беспокойства, страхи, мысли – все исчезло. Никогда в жизни я не ощущала касание губ к губам настолько остро и… всеобъемлюще, словно весь мир сузился, схлопнулся до нас двоих, и миг превратился в вечность. Я зажмурилась, оглохла от собственного сердцебиения, а осязание стало невыносимо ярким, словно его выкрутили выше максимума. Мне было жарко, сладко и казалось, что я вот-вот лишусь чувств.
– Маша… – забормотал он, когда мы оторвались друг от друга, чтобы перевести дыхание. – Я уже давно… Ну точнее, с самого начала… Я…
Он замолчал, окончательно смутившись. Вот уж чего не ожидала от ироничного, всезнающего инспектора. А может, это отсутствие сердца мешает ему говорить о чувствах? Впрочем, он по-своему прав. Говорить об этом сейчас нет никакого смысла.
– Да, действительно. В объяснениях сейчас нет никакого смысла, – повторила я свою мысль вслух.
– Почему? – не понял он.
– Ну это же очевидно, – пожала плечами я. – Потом я все забуду.
– Так ты… Ты согласна?
Я энергично кивнула.
– Уверена? – переспросил он.
Я кивнула еще энергичнее.
– Для этого заклинания нужно много чего готовить? Сколько понадобится времени?
– На самом деле, не так уж и много. Тут в основном дело в мастерстве колдуна. А какой-то особенный антураж: ребро дракона, благовония, специальные порошки нам точно не понадобятся, – усмехнулся он.
– Ну вы тут готовьтесь…
Я выскочила из его комнаты, вихрем промчалась по павильону и прибежала в свою. Попросила у шкафа бумажку с карандашом, нацарапала несколько фраз, сложила листок под подушку и вернулась в комнату инспектора.
Действительно, ничего особенного особенного ему не понадобилось. Пока я бегала, он мелком нарисовал правильный квадрат, и теперь вписывал в него то ли иероглифы, то ли руны. Я следила с любопытством, но близко не подходила, чтобы не затоптать линии, от которых будет зависеть. Заковыристым рисунком инспектор не ограничился, принес из торгового зала связку свечей и расставил их по углам квадрата. И как вишенку на торт он пристроил в центр небольшой стеклянный шар.
Обойдя и критически осмотрев свое художество, инспектор поправил один завиток и приглашающе махнул мне рукой:
– Вот на этот угол вставай или садись на пол, как тебе удобнее.
Я решила, что лучше сесть.
Инспектор встал сзади, положил ладонь мне на макушку. Затем что-то сказал, и свечи вспыхнули сами собой, огонь будто выплеснулся и потек по меловым линиям жидкой лавой. Инспектор продолжил говорить. Низкий бархатный голос действовал успокаивающе.
Я поймала себя на том, что разум туманится. Хотела сосредоточиться, не дать себе уплыть в эту дрему, но тут же спохватилась, поняла, что сопротивляться как раз не нужно.
Я ведь доверяю инспектору?
Да полностью! Он лучший человек на свете, хоть и бессердечный. И вполне компетентный чародей, что бы там по этому поводу ни думали некоторые злые колдуны.
Ответив так, я тут же провалилась в уютную бездну сна без сновидений.
Я открыла глаза. Огляделась по сторонам.
– Где я? И что со мной?