— Убирайся! — закричала она.
Я не хотел вставать — я был нагим. Это только усугубило бы ситуацию.
— Не могли бы вы подать мне то одеяло? — спокойно попросил я, протягивая руки, показывая, что не собираюсь нападать.
Она подцепила одеяло кочергой и швырнула его в меня. Я обмотал его вокруг талии и встал. Было приятно снова оказаться в собственном теле.
— Знаю, это прозвучит безумно, но та собака, которую вы нашли, — не была собакой.
— Ты с ума сошёл? Сколько вас здесь ещё? Я убила твоего друга и сделаю то же самое с тобой!
— На самом деле, это я его убил, — сказал я. Хотя, честно говоря, не был уверен, что он мёртв.
Она отступила, держа кочергу перед собой.
— Убирайся.
— Тот мужчина, которого вы видели утром, влез через окно. Вы выстрелили в него из дробовика. А ваша... э-э... собака перегрызла ему горло.
— Откуда ты это знаешь? Где моя собака?
— Вот именно это я и пытаюсь объяснить. Это была не собака. Это был я.
— Ты, — повторила она.
— Да. Я оборотень. Волк-оборотень.
Она покачала головой.
— Ты нашла меня в лесу, полумёртвого. Притащила сюда на красных санках. Вытащила три пули из моего бока... Ты спасла мне жизнь.
— Откуда ты знаешь? Ты следил за мной? — спросила она, побледнев.
— Знаю, в это трудно поверить, но это правда. Если я лгу — где тогда твоя собака? Как я мог попасть внутрь, если дверь и окна заперты, а звуков разбитого стекла ты не слышала?
— Не двигайся, — сказала она и выбежала из комнаты. Я слышал, как она бегала от окна к окну, проверяя, прав ли я. Несколько раз позвала собаку. Я стоял неподвижно, пока она не вернулась — бледная, потрясённая, с недоверием во взгляде. Но другого объяснения происходящему не было.
Я перевёл взгляд на дробовик в её руках.
— Я уйду и не вернусь, — сказал я, поднимая руки.
Она посмотрела на входную дверь.
Я начал медленно приближаться, не отрывая глаз от ружья. Когда уже был у двери и взялся за ручку, я обернулся:
— Спасибо за помощь. И, кстати... у тебя чертовски вкусное печенье с корицей.
Я открыла входную дверь, и холод пробежал по моей обнажённой коже. Я не замёрзну, но будет неприятно.
— Подожди.
Это единственное слово заставило меня остановиться. Я оглянулся через плечо.
— Закрой дверь.
Я закрыл дверь и ждал, что она будет делать. К моему удивлению, она опустила дробовик, но не убрала его.
— Даю тебе пять минут, чтобы объяснить.