Бастард Александра. Том 2: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

То, что Чанакья прекрасно знаком с этой «доброй» традицией, видно по его перепуганному лицу. Разубеждать беднягу у меня нет ни малейшего желания, поэтому просто перешагиваю через застывшего в столбняке индуса, оживляя его одним словом:

— Догоняй!

Захожу в прядильный амбар. Высокая крыша дает помещению много воздуха, а несколько арочных проемов наполняют амбар солнечным светом. Здесь сидит около сорока прядильщиц, и у каждой — свой прядильный станок. Простейший, но по нынешним временам абсолютно инновационный, хотя я, честно говоря, в пряже и во всем, что с этим связано, разбираюсь слабо.

Тут следует сказать, что еще только задумывая сие предприятие, я дал Гурушу задание узнать, кто в Сузах самый лучший производитель шерстяных тканей. Почему Гурушу? Ну, а кому, не Энею же или Экзарму с Патроклом! У этих методы такие, что они скорее распугают, чем найдут кого. С местными в таких вопросах тоже надо держать ухо востро, — они тут все азиаты в лучшем смысле этого слова. Во всем блюдут свою выгоду! Попросишь найти лучшего, а они приведут своего! Пусть он не самый, но зато свой, и бакшиш с него можно получить. В общем, Гуруш поразнюхал на рынке и выдал мне имя Чанакья. Индусы, как просветил меня Гуруш, наидревнейшие производители шерстяных тканей, и лучше них никто полотно не ткет.

В общем, посетил я этого индуса, посмотрел на производство, хотя именно это слово там было не очень-то применимо. Просто четыре тетки возились со всем от первого шага до конечного продукта. Сами чистили шерсть, чесали, пряли и ткали. Все вручную, но довольно ловко; чувствовалось, что каждое движение доведено до автоматизма. Поражало, насколько ловко эти прядильщицы орудуют руками, проделывая немыслимое количество операций за раз. Постояв там минут десять, я сразу увидел, что тут можно усовершенствовать без больших вложений. Поставить к их прялкам такой же ножной привод, как на моем первом токарном станке!

«Ставим педаль с жестким рычагом на колесо — и порядок! — мысленно прикинул я тогда. — Тетка будет качать педаль ногой, колесо закрутится и потащит нить. Руки у нее в этот момент будут свободны для подачи шерсти. Процесс сразу ускорится!»

С этими усовершенствованиями старик Кассандр с зятем и остальными плотниками справились за несколько дней, заодно чутка усовершенствовали и ткацкий станок. Там поставили две педали: одну на опускание нитей вниз, другую наверх. Еще сделали направляющие для гребня и челнока, дабы процесс не так сильно зависел от мастерства ткачихи и ткать мог бы любой при минимальном обучении. Затем все это собрали в один станок — и вот вам, инновационный прогресс налицо.

Сейчас, по прошествии двух месяцев, в амбаре уже стоит два десятка таких ткацких станков, и процесс настолько ускорился, что меня, как и управляющего сей мануфактуры, волнует уже совсем другой вопрос. Где брать шерсть, лен или хлопок? Дефицит ощущается уже сейчас, поскольку наше предприятие за месяц вырабатывает те запасы, что раньше использовали за полгода. Надо искать новых поставщиков, а лучше самим увеличивать поголовье овец и посевные площади льна и хлопка, но заниматься этим я точно не собираюсь. Для решения подобных задач есть Чанакья.

Осмотрев ткацкий цех, выхожу во двор, и мой компаньон тут же напоминает мне о тех самых проблемах.

— Великий царь должен знать, — Чанакья молитвенно сложил ладони к груди, — я с ног сбился, но на рынке в Сузах не найти боле ни шерсти, ни льна, ни хлопка. Что делать, ума не приложу!

С одного взгляда на хитрую индусскую морду я вижу, что все он прекрасно знает: и что делать, и где взять исходный продукт для производства! Просто все это надо теперь возить и возить издалека, а это — расходы, которые его хитрожопость хочет возложить на меня.

Потакать жадности я не собираюсь и бросаю на индуса суровый взгляд.

— Если царский слуга не может справиться с поставленной задачей, то зачем царю такой слуга⁈

Этого оказывается достаточно, чтобы Чанакья испуганно защебетал:

— Прости, Великий царь, своего верного слугу! Я просто оговорился! Царю не о чем беспокоиться, его преданный слуга Чанакья все решит! Все найдет и привезет: и шерсть, и лен, и хлопок!

Запрыгнув в седло, награждаю его более мягкой улыбкой.

— Ну вот и чудно!

Ткнув Софоса пятками, бросаю уже Арете:

— Сейчас во дворец!

Конь с места переходит на рысь, а я уже мысленно перестраиваюсь на другую встречу: там, во дворце, меня ждут созванные со всей Сузианы оружейники и кожемяки.

В малом тронном зале непривычно много народу. Причем выглядит этот народ так, словно бы в царский дворец его занесло по какой-то нелепой ошибке. Уж больно не соответствуют эти бедно одетые люди роскошному тронному залу. Красочная мозаика стен, сияющий мрамор пола и позолота колонн, наверное, никогда не видели столько людей с рабочими, не отмывающимися руками и красными обветренными лицами.

Видно, что эти люди к роскоши не привычны. Раскрыв рот, они исподволь разглядывают красочные фрески на стенах, массивные бронзовые подсвечники на пьедесталах из полированного малахита, а грозные фигуры крылатых быков вызывают у них непритворный трепет.

Сегодня во дворце собран весь цвет ремесленного цеха города Сузы и его пригородов. Я собрал их здесь, потому что производство седел, стремян, доспехов и оружия продвигается крайне медленно, срывая все поставленные сроки. С такими темпами не то что через год, а и через пять лет не удастся вооружить те семь с половиной тысяч конницы, что есть у меня под рукой.

Зачем мне понадобилось вообще ее вооружать, ведь воевала она как-то до этого? Я долго думал об этом, и в моей голове созрело два варианта развития моей конницы.

Первый — это создать костяк от тысячи до трех хорошо вооруженных всадников по типу моей гвардии. К ним добавить сотни три катафрактов, а остальную конницу сделать расходным материалом. Набрал с варварских земель, израсходовал, снова набрал, — благо их там в диких степях немерено.

Второй путь шел через создание больших масс очень прилично вооруженной и вымуштрованной кавалерии. С такой задачей, даже на первый взгляд, проблем на порядок больше, но и гарантии достижения нужного результата тоже намного выше.

Взвешивая оба варианта, я пришел к выводу, что если бы расчет был на стремительный поход, победу и окончание войны, то можно было бы ограничиться первым вариантом. К несчастью, такой исход не просматривался никак, поскольку врагов у меня «легион», и победой над Антигоном война точно не закончится.

«Сколько там войны диадохов шли, — прикинул я про себя, — лет тридцать! А кто сказал, что с победой над диадохами война закончится? Там еще Чандрагупта с востока навалится, с запада Карфаген, да вон Рим подрастает!»

В общем, я решил идти по второму варианту и наметил для себя цифру в тридцать тысяч хорошо вооруженной средней и легкой конницы и пять-восемь сотен тяжелых катафрактов. Естественно, это был план не на сегодняшний день! На данный момент дай бог справиться с вооружением семи с половиной тысяч. Даже с таким количеством у меня пока никак не выходило уложиться в заданные сроки, ведь не могу же я сидеть тут в Сузах годами. Тут вариантов нет: если будущей весной я не двинусь на запад, то Антигон сам пойдет на восток. Война неизбежна, и к ней следовало готовиться. Что я и делал, пытаясь понять, как поднять производительность труда не в длительной перспективе, а уже сегодня.

Для этого я собрал сегодня во дворце лучших мастеров города Сузы и его окрестностей. К тому же у меня не выходил из головы рассказ Гуруша о пьяном бахвальстве в кабаке, ведь если людям какая-то работа невыгодна, то сколько их ни заставляй, толку не будет.