В этот момент к нашему разговору, неожиданно присоединился Юрка — он стоял неподалеку и слышал наш разговор, а потому и заинтересовался.
— Простите, что вмешиваюсь, — вежливо обратился он к моей маме. — Вы, случайно, не о ресторане «Аврора» говорите?
— Да, именно о нем, — удивленно кивнула она.
— Ага! Ну, тут такое дело… Это заведение недавно перешло под руководство моей семьи, — Юрка улыбнулся, переводя взгляд на меня и Лену. — Теперь ресторан преобразился, стал более престижным. А поскольку сегодня важный день, то «Аврора» открыта для вас и только для вас. Поэтому ни о какой аренде не может идти и речи!
Он сделал паузу, давая нам осознать суть, затем продолжил:
— Ваша свадьба будет за наш счет. И не спорьте! Считайте это нашим семейным подарком вам. Никаких денег мы не примем, это окончательно! Думаю, отец будет только рад!
Это заявление удивило меня еще больше. Сыграть советскую свадьбу в таком месте, с учетом количества гостей и много чего еще — это будет стоить чуть ли не состояние. Но отказываться от подарка было бы некрасиво.
Мама застыла в изумлении, да и Лось тоже раскрыл рот от неожиданности.
— Хорошие у тебя друзья, Громов! — крякнул тот. — Вот это я понимаю!
Возражений естественно ни от кого не последовало. Было видно, что для Коньякова-младшего это дело чести и искреннее желание.
— Юр, спасибо!
— Не благодари, это мелочи. Знаешь, отец сказал, что у него после разговора с тобой, взгляд на жизнь поменялся. Много чего изменилось в лучшую сторону. Он и сам считает, что это все благодаря тому, что тогда произошло.
После короткого совещания решили — сначала молодожены и гости совершат традиционную прогулку по городу, положат цветы к Вечному огню, а затем все отправляются в «Аврору» на праздничный банкет.
По Батайску больше часа каталась колонна из разноцветных украшенных машин, сигналя всем, кто попадался на пути. Пешеходы улыбались и оборачивались, водители встречных машин сигналили в ответ. В это время года город медленно заполняла молодая зелень. Тут и там расцветали цветы. Воздух благоухал. Было тепло, солнечно, пели птицы. Ездить по городу было одно удовольствие.
А «Аврора» встретила нас настоящей советской роскошью.
Высокие, под пять метров, потолки украшали массивные хрустальные люстры, отбрасывающие на стены причудливые блики. Стены были обиты темным, благородным деревом, а огромные зеркала в золоченых рамах зрительно увеличивали и без того немалое пространство главного зала. Праздничные столы, накрытые белоснежными скатертями, буквально ломились от яств. Традиционные салаты — «Оливье» «Сельдь под шубой», винегрет. Разнообразные нарезки — сырокопченая и вареная колбаса, ветчина, сыр, соленые огурчики и помидоры, маринованные грибочки. Горячее не заставило себя ждать — официанты уже разносили порционные тарелки с запеченной курицей и картофельным пюре, а также мясные зразы с гречневой кашей. Отдельным хитом стал фаршированный судак.
Из напитков — настоящее «Советское» шампанское, водка, армянский коньяк, портвейн, а также стеклянные графины с соками и морсами для тех, кто не употреблял алкоголь. Пока еще негромко играла музыка, сверкали разноцветные лампы, сверкали стробоскопы. В центре, над танцевальной площадкой крутился зеркальный шар.
Первый танец с невестой прошел под умиленные взгляды гостей и близких. Мы с Леной прижавшись друг к другу, кружились в медленном танце, а под конец к нам начали присоединяться другие пары. В частности, Шут со Светой, которую бесшабашный разведчик тактично уломал на танец, естественно в поддержку жениха и невесты, а не ради личного удовлетворения.
А потом праздник понесся вскачь!
Гости ели пили. Веселилсь. Танцевали под самые популярные хиты того времени — зажигательную «Лаванду» и «Было было, но прошло» Софии Ротару, «Комарово» Игоря Скляра. Земляне, «Вернисаж», «Богатырская сила». Но куда больший ажиотаж производили зарубежные хиты, под которые выпившие гости, что называется, жгли от всей души. Бони М, Чингисхан, Модерн Токинг — эта музыка дополнительно заставила меня поностальгировать.
Паша Корнеев был настоящей душой компании — он вертелся вокруг смущенной, но улыбающейся свидетельницы Светы, рассказывал смешные байки из армейской жизни, то тут, то там затевал смешные конкурсы. Кстати говоря, команда «Горько!» чаще всего звучала именно по его инициативе, которую гости радостно поддерживали. Димка Самарин в силу своих габаритов танцевал своеобразно, больше походило на то, что он пытается поймать кого-то невидимого и избить. Поэтому гости держались от него подальше, но его это никак не смущало. Потом он конечно, стал спокойнее. Особенно после того, как он случайно увидел, что из Краснодара приехала та самая соседка, чью комнату он тогда оккупировал в общежитии.
Казалось, война, опасности, погони — все это осталось где-то в другом, параллельном измерении. Здесь же был только мир, радость, смех и музыка.
Но как бы там ни было, а внутри меня, как заноза, все равно сидела тревога. Она то и дело напоминала о себе даже сейчас, в мой самый счастливый день. Это было то самое боевое чутье, та сосредоточенность, они не выключались ни на секунду. Когда гости под завораживающие звуки «Прекрасного далёко» пустились в пляс, я почувствовал, что начинаю уставать от этой плотной завесы веселья.
Мне отчаянно нужен был глоток свежего, прохладного воздуха.
Мой взгляд упал на Шута, который как раз отходил от стола, с комичной серьезностью поправляя свой вечно кривой галстук-бабочку.
— Паша, выйдем, подышим? — предложил я, подходя к нему.
— Командир! — он обернулся, и его лицо расплылось в улыбке. — А я уж думал, ты не пробиваемый! Конечно, выйдем, освежиться пора!
Мы вышли через тяжелую боковую дверь на небольшую, заасфальтированную площадку, где стояло несколько припарковынных машин. Почти все они останутся стоять тут до самого утра.
Ночь была по-летнему теплой и удивительно тихой. Из ресторана доносились лишь приглушенные, будто из другого мира, звуки музыки и счастливых возгласов.
— Ну что, Макс, — Шут облокотился о прохладную кирпичную стену. — Как ощущения? Говори честно, как старому другу. Все по-настоящему? Или до сих пор кажется, что это какой-то странный, затянувшийся сон?