Я положил трубку, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Война, которая вроде бы закончилась, а е последствия остались в далеком Афганистане, неожиданно настигла меня именно тогда, когда я совсем этого не ожидал. Причем не абы где, а здесь, у родного порога. И в такой день. Как бы они мне весь праздник не сорвали… Впрочем, это меньшее, что они могли сделать.
Ожидание растянулось в мучительную вечность. Я не находил себе место. Это боевых выходах я был спокоен, как скала. Там я отвечал только за себя, а здесь на мне ответственность за безопаность родных!
Я сидел на кухне, приглушив свет. Пистолет держал наготове — уж им я умею пользоваться на уровне мастера. Периодически, через тюль, выглядывал в хорошо освещенный двор — там ничего подозрительного не заметил. Вообще.
Мама, считая, что я переживаю из-за свадьбы, видя мое взволнованное состояние, успокаивала, но тактично не задавала лишних вопросов. И за все это я был ей благодарен. Мы немного поговорили, затем она отправилась отдыхать — день подготовки к празднику был крайне утомительным. Уходя, она заботливо поставила передо мной чашку крепкого сладкого чая и тарелку с печеньем.
В голове прокручивались все возможные сценарии. Почему люди Калугина не напали сразу? Ждут удобного момента? Или их задача только наблюдение? Или все-таки цель — родные⁈
Примерно через минут двадцать, в районе девяти часов во дворе показался автомобиль. Это была красная ВАЗ 2101. Женька трижды моргнул фарами — наш условный знак. Я спустился вниз, вышел из подъезда. Навстречу уже поднимались Самарин и Смирнов, оба в каких-то странных костюмах. Выглядели они уставшими, но собранными и решительными.
— Макс извини, что так долго, — первым произнес Женька. — Нас гаишники дважды останавливали. Мы ж еще и выпившие слегка были. Хорошо, договорились.
— Ничего, главное, что добрались, — я кивнул, испытывая облегчение от того, что они здесь.
Мы остались на первом этаже подъезда. Вести их в квартиру было бы странно — чего зря маму беспокоить⁈
— Как там Лена? — спросил Женька. — Она ничего не знает?
— Нет, конечно… — хмыкнул я. — У них все хорошо, девичник устроили! А у нас, получается, мальчишник. Только, не таким я его себе представлял…
— Да уж… Ладно, рассказывай, что за гости были? — напрямую спросил Димка.
— Отступили, — ответил я. — Видел двоих. Шли за мной, но в темном переулке почему-то отстали и пропали. Наверное догадались, что я их срисовал.
— Вот что, предлагаю… Осмотрим ближайшие дворы? — твердо предложил Женька. — И транспорт, что стоит у домов поблизости. Что-то подозрительное замечаем, сразу работаем. Аккуратно, тихо.
— Добро!
Мы снова вышли на улицу. Полчаса обшаривали все соседние закоулки, гаражи, темные подворотни. Ничего. Небольшой городок готовился ко сну.
— Чисто, — констатировал Смирнов, когда мы встретились. — Или ушли, или очень хорошо замаскировались.
— Или ждут своего часа, — мрачно добавил Самарин. — Там явно не дилетанты работают.
Мы вернулись к моему подъезду. Сели в «копейку».
— Почему они не напали на меня сразу? — размышлял я вслух. — У них же был идеальный шанс. Взяли бы меня врасплох. У меня даже оружия с собой не было.
— Может, не хотели лишнего шума? — предположил Женька. — Или их задача — не ликвидация, а наблюдение?
— А смысл? — возразил я. — Калугин и так все про меня знает. И ненавидит. Он хочет отомстить за то, что я ему всю малину испортил.
— Ну, тут спорный вопрос… Значит, они ждут подходящего момента. Самого болезненного. Хотят ударить по родным!
По лицам ребят я понял, что те прониклись всей сложностью ситуации.
— Так, — решительно заявил я, думая о маме. Мой домашний адрес точно был в личном деле. — Если они еще как-то следят за домом, то будут ждать меня поблизости. Нужно их дезориентировать. Мужики… Я себе покоя не найду, если что с Леной случится. Нельзя рисковать. Кто из вас может отправится к ней, понаблюдать. Ну, мало ли что⁈
— Давай я поеду! — предложил Женька. — Как раз на машине. Если что, с автомата отзвонюсь.
— Хорошо. Дим, ты со мной.
— Принял!
Смирнов уехал. Несколько минут мы с Димой просто ждали.
Молчали. Воздух звенел от напряжения.