Линь Цзе, сохраняя внешнее спокойствие и внутреннюю безмятежность, положил руку на футляр. Если виной всему происходящему действительно были мерзавцы из Кровавого застолья, то он не мог медлить, ожидая вмешательства Уайлда. Он был обязан сделать все возможное, чтобы очистить их грешные сердца.
Услышав его вопрос, Уайлд, который все это время сидел напротив Линь Цзе, тут же обернулся и проследил за взглядом продавца книг. Он сразу побледнел, как снег, и поспешно встал на ноги. Без всяких сомнений, Линь Цзе заметил кровь!
– Мне так жаль! – Склонив голову от огорчения, Уайлд быстро подошел к Линь Цзе. – Я очень спешил с уборкой и совсем не ожидал, что так получится! Какой позор, какой позор! Мне искренне жаль, что вы вынуждены лицезреть такое мерзкое зрелище. Я сейчас же разберусь с этим. Дайте мне минуту!
Уайлд вел себя так естественно и непринужденно, словно не происходило ничего странного, словно он постоянно отмывал полы от пролитой крови. Линь Цзе расслабился и спокойно поинтересовался:
– Так что там с кровью?
Уайлд неловко улыбнулся. Его сердце сжалось от чувства вины. Конец. Всему пришел конец. Господин Линь наверняка очень недоволен.
Уайлд тщательно следовал всем правилам ритуала жертвоприношения, которые были описаны в научной работе Линь Цзе «Обряды и церемонии секты пожирателей трупов».
Разумеется, продавец книг, видевший в этом священный ритуал, был вне себя от ярости оттого, насколько грязно и небрежно его провел Уайлд… Маг пытался найти себе оправдание – и безуспешно.
«Я черный маг, который убивает и уничтожает. Разрушение течет по моим венам. Я привык действовать грубо, мне неведомы филигранные действия. Я ничего не смыслю в технике и сурово обращаюсь с сырьем. В следующий раз… я обязательно буду аккуратнее и уважительнее к ритуалу!» – думал он.
Не столь страшно кое-как проводить ритуал, когда его не видят. Теперь, когда свидетелем его небрежности стал сам господин Линь, Уайлд был готов провалиться сквозь землю от стыда. Своими словами господин Линь наказывал его за беспечность.
Уайлд, который в глазах других был не знающим пощады и милосердия черным магом, сейчас стыдливо опустил взгляд, как провинившийся студент, допустивший ошибку в эксперименте, развернутом в стенах научной лаборатории. Он попытался объясниться перед господином Линем:
– Я тщательно изучил вашу работу и попробовал выполнить некоторые из этих… ритуалов… Однако… Как бы так выразиться… Это далось мне с трудом. Мне было нелегко понять смысл некоторых из них, а воспроизвести их, как описано в книге, оказалось еще сложнее, так что… Получилось так, как получилось. – С этими словами Уайлд виновато улыбнулся, указывая на растекавшуюся по полу кровь.
Линь Цзе на мгновение замер, и его губы сжались в тонкую линию. Что за ерунда?! Какой еще ритуал?! В своей книге он повествовал об обычаях народностей, проживающих на территории Китая, и, конечно, упоминал некоторые ритуалы древних времен.
Например, согласно трактату «Книга ритуалов», он же «Ли-цзи», жертвенный скот делился на «крупный», который назывался «тай-лао», и «малый», известный как «шао-лао». Крупный скот приносили в жертву древние императоры, в то время как малый жертвовали чиновники. У древних даосов были свои жертвенные животные.
У разных народов сложились собственные ритуалы, например чествование божества или восхождение на крышу, которые подразумевали определенные действия, использование специальных предметов – все ради конкретной цели.
Линь Цзе в подробностях описывал это в своей научной работе. Он хотел сделать книгу интереснее для обычного читателя, потому решил разнообразить содержание, добавив описание обычаев, связанных с использованием мяса жертвенных животных, и способы его приготовления.
Но Уайлд внезапно оказался очень любознательным стариком. Линь Цзе даже подумать не мог, что тот не станет ограничивать себя простым чтением, а попытается воспроизвести ритуалы, описанные им в книге. В его голове тут же возникла сцена, как изысканно одетый на западный манер джентльмен преклонного возраста закатывает рукава своей элегантной рубашки, хватается за нож, вонзает его в курицу, утку или, быть может, свинью… Пускает кровь… Вынимает внутренности… Образ получился некрасивым, и Линь Цзе замотал головой, отгоняя наваждение.
Он не знал, как к этому относиться, смеяться ему или плакать. Беспокойство, что зудело в сердце, немного смягчилось. Неудивительно, что попытка воспроизвести ритуал обернулась кровавой катастрофой. Ведь в своей книге Линь Цзе описывал рецепты китайских блюд… Даже китайцу, не имеющему опыта в кулинарии, было бы трудно справиться с готовкой – что уж говорить о пожилом человеке родом из культуры, напоминающей западную. В воображении Линь Цзе тут же возникла картина, которая могла скрываться за перегородкой.
– Ну что тут еще сказать? – снисходительно вздохнул Линь Цзе, заметив неловкость, застывшую на лице старого Уайлда. – Давайте я научу вас.
Уайлд тут же испуганно замахал руками, отказываясь от его просьбы:
– Боюсь, я развел там ужасный беспорядок и действовал очень грубо. Вам это не понравится… Это выглядит омерзительно!
– Хорошо, – понимающе кивнул Линь Цзе и улыбнулся. Он, как настоящий наставник по жизни, прекрасно понимал отчаянное желание начинающего повара скрыть свои кулинарные неудачи. – Тогда я останусь здесь и буду направлять вас издалека. Скажите, на каком этапе вы остановились?
Глава 137. Ритуал
Уайлд зашел за перегородку и взглянул на кровавое месиво – его незавершенный жертвенный ритуал. Суть ритуала заключалась в том, чтобы извлечь кровь Небесного волка, текущую по жилам Харриса, отследить, как именно она была получена, и использовать силу злого божества, чтобы воссоздать настоящего Небесного волка, способного контролировать пространство и время. В случае удачного завершения ритуала он бы заполучил себе Чудовище из Царства грез разрушительного ранга.
Чтобы провести ритуал, нужен был алтарь, и в этот раз им служил Гроб вечного сна – магический артефакт Багряного культа, который использовала для колдовства Морфея – черный маг разрушительного ранга, известная также как жрица. После ее гибели все черные маги бросились на поиски гроба. За право обладать им развернулась нешуточная борьба, и в конце концов артефакт попал в руки Уайлда.
В качестве подношений в этом ритуале использовались некие «двукрылый и двухлапый гонец Солнца с красной короной на голове и острыми когтями», «бледное, толстое тело о четырех конечностях, воплощающее грехи алчности, бездействия и глупости», а также «пьянящее вещество, способное возбудить, парализовать и свести с ума». Уайлд, который был искусен в черной магии, тут же догадался, что скрывалось под столь витиеватыми описаниями: «виверна[3] (багровая сера)», «алчный грешник» и «зелье разврата».
Приобрести ингредиенты для ритуала оказалось не так трудно. Самое сложное – выполнить все необходимые действия, куда более замысловатые, чем в любом другом ритуале, который он проводил раньше. Когда на пороге его дома появился Линь Цзе, Уайлд уже в третий раз пробовал попытать удачу.
Он сделал все возможное, чтобы обеспечить лучшие подношения, потому что это прямо влияло на эффективность ритуала.
Так, в качестве «алчного грешника» Уайлд выбрал человека, стоящего во главе одного знатного рода Норзина. Сам по себе этот человек был выходцем из семьи простолюдинов и не имел никакого отношения к аристократии Норзина. Его жизненный путь привел его к статусу главы знатного рода. Как-то одна из благороднейших семей переживала ужасные потрясения. Род оказался на грани упадка, и потому глава семьи и его супруга доверили своего новорожденного сына верному слуге, строго-настрого наказав бежать как можно дальше, чтобы спасти его жизнь. Слуга бежал с младенцем. За ними бросились в погоню недоброжелатели. Тогда он доверил мальчика своему другу и его жене, а сам повел преследователей по ложному следу. В конце концов его жизнь оборвалась, но своей жертвой он спас наследника.
[3] Виверна – более слабый и почти неразумный дальний родственник дракона, жестокая и агрессивная рептилия.