— Небеса! — восторженный вздох третьей ахиры перебил первых двух, — Они вернули нам здоровье! Вернули нам жизнь!
Я медленно прикрыла глаза, хотя в этом не было никакой необходимости. Все равно вокруг было темно.
Кинжал Жизни! Вот в чем причина. Он не убивает! Он всего лишь побеждает смерть. Неважно, где она прячется. В магическом щите или в теле несчастных ахир. Не повезло, что я не растратила его силы, убивая смерть в несчастных женщинах.
— Помогите мне, — приказал Мехмед. — Надо отнести госпожу Елину в ее покои. И помочь привести себя в порядок.
Я слышала, как ахиры стали подниматься. Шелест их пропахших болезнью одеяний об каменный пол стал приближаться. Но внезапно их остановил голос одной из них.
— Нет, господин. Мы не станем помогать вам. Мы ахиры. Мы никому не принадлежим, и никто не имеет права приказывать нам. Вы можете убить нас. Мы не боимся. Смерть не так страшна, как боль от свиной болезни. Поэтому мы уходим из вашей крепости. Туда, где сможем сами выбирать себе хозяина. Я слышала, как госпожа Елина говорила об этом Лайле и Дилане. Мы больше не будем ничьими.
Говорила я, конечно, не совсем об этом. Но…
— Я наследник султана, и заявляю права на всех ахир, которые находятся в моей крепости. И если кто-то не согласен, то может предъявить претензии мне лично, — не растерялся Мехмед. Ахиры громко вздохнули. Быть собственностью будущего султана для аддийских женщин большая честь. — А теперь помогите мне. Надо отнести госпожу Елину в ее покои…
Не прошло и нескольких мгновений, как меня подхватили на руки и подняли над полом. Ахиры несли меня довольно бережно и осторожно. И шептались между собой, искренне радуясь выздоровлению:
— Это настоящее чудо!
— Небо, я так боюсь, что это всего лишь сон! — тихо воскликнула та, которую звали Масайла. — Мне все кажется, что я сейчас открою глаза и все вернется…
— Хочешь я ущипну тебя, чтобы ты проснулась? — фыркнула третья. И остальные подхватили ее тихий смех.
— Нет, уж, — отказалась Масайла, — лучше я посплю подольше. Такой прекрасный сон нельзя прерывать. Я здорова, а мой хозяин — сам наследник султана…
— Мне тоже не верится, что это правда, — отозвалась та, что говорила про чудо. — Сегодня самый лучший день в моей жизни…
— Замолчите, — остановила их та, что вынудила Мехмеда объявить и своими. — наш хозяин все слышит, и ему это может не понравиться. Я не хочу снова стать ахирой из-за вашей болтовни.
Рабыни замолчали. Мехмед, и правда, шел рядом и все слышал. Он отлучился только на мгновение. А, когда вернулся, я услышала стук кресала об кремень. Но у него ничего не получилось. Искры так и не появились. Но потом я ощутила рядом тепло горящего факела и поняла… тьма царствовала не снаружи, а внутри меня.
— Мехмед, — окликнула я брата. — Мехмед…
— Господин, — одна из ахир, голос которой я еще не слышала, воскликнула, — господин, госпожа зовет вас…
Они замерли, остановившись в тот же миг, как я произнесла первое слово.
Что мой брат готов слушать, я поняла только тогда, когда его дыхание коснулось моей щеки.
— Мехмед, — прошептала я. — Вокруг тьма… я ничего не вижу…
— Ты потеряла много крови во время первого ритуала, — ответил он. — А потом снова потратила очень много сил. И к тому же господа Олира была слишком жестока с тобой, когда мы вернулись. Но я уверен, когда ты отдохнешь, зрение вернется.
Я попыталась мотнуть головой, не соглашаясь с ним.
— Я видела все… тьма пришла только после, — запнулась. Произнести вслух, что Гирема больше нет, оказалось тяжелее, чем просто знать об этом.
— Я отправлю к тебе лучшего лекаря…
Мысленно я кивнула. Но сил сделать это по-настоящему не было. Мехмед был прав. Я просто слишком слаба.
— Гирем, — прошептала я, не отпуская брата, — его надо забрать. И Олиру. Я похороню их дома. Там, где они будут рядом со мной. Всегда.
— Хорошо, — не стал спорить он. — Я прикажу страже унести их тела в холод.
— Нет, надо забрать их сейчас… Я не уйду без них.
— Но, — начал было Мехмед, но я его перебила: