— Дак, ты ж говорила Фиодор все правильно сделал…
— Правильно, — прорыдала Ирха. — Да, только ж от этого разве легче. И мне не легче, и ему… Уж он-то побледнел как… Что она лежала, как снег белая, что он рядом стоял. И слезы… Никогда не видела я, чтоб король плакал, и лучше бы не видеть мне такого никогда. Сам на руки поднял, сам сюда принес… Ну, ты ж видел… Самого можно было рядом с Елиной положить.
— Видел, — вздохнул Гриха. — Власть, Ирха, как хомут на шее. Оно вроде и хорошо, можно целую телегу прицепить и много богатства увезти. А с другой… И рад бы снять, да не можешь…
— К псам это богатство, Гриха! Не надо мне ничего! Домой я хочу! К детям! В трактир свой, да в лавку. Лучше с хлеба на воду всю жизнь перебиваться, чем один раз на месте короля быть… И на месте Елины…
Я всю ночь пролежала без сна. Боль обиды душила, выжигала душу и заставляла таращиться в земляной потолок жилища… Я не могла думать. Ни одна связная мысль не выживала в раскаленном от эмоций разуме. И только неясные обрывки слов и чувств метались внутри, осыпаясь серым пеплом.
— Ты как? — Жерен подъехал ко мне, когда я вскочила на лошадь. Мой друг смотрел на меня с беспокойством.
Я пожала плечами, не давая никакого ответа. Я была никак. И в голове, и душе царила безмолвная пустота. На боку моей лошади висел висела сумка, в которой лежали артефакты. Я пыталась оставить их. Но не смогла.
Когда-то давно, рассказывая о способностях приказывать людям, мой сын уже демонстрировал силу своего дара, заставляя меня делать то, что я не собиралась. Но тогда это было игрой. Мы смеялись и веселились. А сейчас все было по-другому…
— Хочешь я поговорю с ним? — вздохнул Жерен.
Я мотнула головой, отказываясь от помощи.
— Ель…
— Елина, — перебивая моего друга, сзади подъехал его величество Фиодор, — прости, что я поступил так с тобой. Но у меня не было выбора. Если Боги не помогут нам, то мы поиграем. И потеряем все… Это наш единственный шанс. Ты наш единственный шанс.
Мне пришлось посмотреть на него. В душе, как в Хрустальной пустыне выл ветер, гоняя мелкое крошево разбитого сердца и собирая крохотные осколки в высокие, непроходимые барханы. И я не хотела, чтобы мой брат разглядел эту страшную пустоту в моих глазах.
— Прости меня… — повторил Фиодор.
Я снова качнула головой. Ни да, ни нет…
Я простила его за то, что он сделал со мной. Все же мое сердце считало его сыном, а любая мать может простить своим детям то, что никогда не простит другим. В том числе и себе.
Я, как и Ирха, как и все остальные, понимала, почему так поступил его величество Фиодор… Когда впереди битва не на жизнь, а на смерть, будешь хвататься за любую соломинку. И я, наверное, даже одобряла его решительность и готовность идти до конца, победить во что бы то ни стало, спасти от гнета Великого отца нашу страну и весь мир. Я и сама, на его месте, скорее всего поступила бы так же.
Но я никак не могла забыть то, что он даже не выслушал меня. Не позволил говорить. Ударил даром Древнего Бога, ломая мою волю и заставляя быть покорной. Он даже не попытался убедить меня. Не дал мне ни единого шанса высказать свою точку зрения. Возможно, вместе мы нашли бы другой выход.
И вот это я не могла простить моему брату.
Он мрачно взглянул на меня и, тяжело вздохнув, тронул лошадь, пуская ее вперед.
— Ель, — рядом со мной тут же снова оказался Жерен, — может…
— Нет, — прошептала я, — ничего не нужно…
Все равно уже ничего не исправить. Мне надо было рассказать о своих догадках раньше. А не молчать от обиды за Илайю…
Никто не знает, к чему приведет использование этих артефактов.
А вдруг Они посчитают, что я обманула их? И решат, что никому из нас нельзя верить? Что тогда будет с нашим миром и с нами⁈
Я не знала ответы на эти вопросы. И задавать их было слишком поздно. Приказы короля обратной силы не имеют… У наследников крови Древних Богов нет права на ошибку.
Теперь все будет так, как он решил: я используюсь артефактами в бою. Я взяла их с собой и заставлю Богов встать на нашу сторону.
Глава 40
Мой брат, его величество Фиодор, рассчитал все верно. Мы первыми добрались до места и встали лагерем. Один из наших воинов, которому посчастливилось получить артефакт помогающий ему видеть мир глазами птицы, отправил своего ручного сокола на разведку и доложил, что маги Великого отца уже на подходе. Нам осталось всего несколько дней до первой битвы.
Чтобы не терять время, мы взялись за строительство укреплений. Под руководством Илайи, которая до сих пор пользовалась артефактом архитектора, возводили земляные валы, копали убежища, наваливали каменные кучи вдоль реки, чтобы максимально затруднить продвижение магов.