Эсперо, вскочил с походной койки, прихватив оставленный у изголовья тяжелый излучатель.
Дверь еще держалась, но уже скрипела под напором толпы. Не имея инструментов, дикари давили на нее телами, не обращая внимания на вопли и стоны раздавленных. На вершину зиккурата Кай карабкался по внутренней лестнице и вовремя — в небольшой люк на крыше тоже ломились снаружи.
-- Чертовы ублюдки.
Супервиро распахнул этот люк настолько резко, что трое тилийцев просто отлетели в стороны. Один не удержался на карнизе и рухнул вниз, с двадцатиметровой высоты, прямо на головы вопящих соплеменников. Двоих уцелевших Кай срезал выстрелом, и луч описал в темноте огненный зигзаг.
Вой подножия зиккурат усилился, продавленная внутрь дверь рухнула, толпа тилийцев хлынула внутрь . «Там генорепликатор», -- с холодным отчаянием подумал Эсперо.
Он сверху поливал тилийцев огнем, пока не израсходовал картридж. Потом пустился в главных зал башни, отшвырнув пару противников пинком. Толпа дикарей издавала запах немытых тел, но не такой, как у людей, а странный, пряный, нечеловеческий. Большие раскосые глаза, казалось, светились в полумраке. Вскоре погас раздавленный кем-то фонарь, и толпа, слепая и обезумевшая, навалилась на Эсперо всей своей массой.
Теснота и давка почти лишили Эсперо физического преимущества. Он крушил врагов кулаками, пинал, ломал ребра, руки, ноги и черепа, но на место поверженного враг немедленно лез новый. Удары сыпались на Кая градом, а кое-кто особо рьяный пытался зубам и ногтями вырывать куски мяса, однако стальные мускулы и плотная кожа супервиро почти сводили эти попытки на нет.
«Они не могут меня порвать, но скоро задушат массой».
Эсперо кое-как освободил руку и движением запястья активировал виртпланшет.
-- Челнок, орудия к бою, цель — скопление биоты в квадрате семнадцать-восемьдесят пять.
Искин очевидно, понял приказ, свист двигателей челнока вскоре наложился на воинственные крики тилийцев. По ту сторону сломанной двери полыхнуло, потянуло гарью и горячей землей. воинственные крики существ сменились жалобным, почти детским плачем, однако уже просочившиеся внутрь зиккурата агрессоры продолжали наседать на Кая.
Он встал, выпрямился и стряхнул их как медведь надоевших шавок.
-- А ну, пошли вон, блохастые.
-- Система челнока на связи, -- раздался в микронаушнике голос искина.
--Статус?.
-- Территория очищена, капитан. Мне заняться преследованием?
-- Нет. Отбой тревоги.
Кай осмотрелся. Внутренние стены зиккурата на высоту роста пятнала кровь — его собственная и тилийцев. Пара-тройка избитых аборигенов, постанывая, ползла к выходу.
Потеряв к ним интерес, Эсперо торопливо спустился в подвал и выругался, когда худшие подозрения подтвердились.
-- Вандалы немытые, -- буркнул он, обнаружив, что кто-то особо упрямый умудрился куском гранита разбить закаленное стекло саркофага.
Результат репликации, уже наполовину сформированный супервиро, погиб, не успев возродиться. . Аморфная субстанция вязкой струйкой стекала на пол.
-- Ладно, начнем все сначала, -- буркнул Кай, когда закончил ругаться.
Он снова связался с искином челнока, вызвал рабочего дрона и настроил его на очистку. Пока трудолюбивое устройство отмывало стены, Эсперо, надев перчатки, занялся генорепликатором и очистил его сам.
-- Прости, брат, я все исправлю, -- буркнул он, выбравшись под открытое небо и опорожнив ведро с биомассой в кусты.
Тусклое солнце-карлик уже взошло, и висело на горизонтом тускло-красным пятном. Лужайка перед зиккуратом пустовала, уничтоженные орудиями существа фактически испарились. Если кто-то и наблюдал за Эсперо из зарослей, нападать он больше не решался.
«Что там говорил про аборигенов губернатор Минич? Эти несчастные живут слишком мало. В состоянии полной зрелости — от силы пять лет. С таким коротким веком тилийцы никогда не создадут цивилизацию, это понимают все — антропологи, ксенологи, губернатор Минич, депутаты Лиги... понимают, но молчат. Да и что они сделают? Ничего. Любое вмешательство под запретом».
Раздосадованный Эсперо сполоснул ведро в ручье, затем вернулся в зиккурат и осмотрел собственные раны.
-- Ха-ха, да вас знатно искусали, хозяин, -- заметил возникшая из пустоты голограмма Руперта.
-- Пустяки, через полчаса заживет. Супервиро почти полностью имунны.
-- Надеюсь, что и здешняя зараза вас пересилит. Иначе мало ли что… Терять босса -- всегда тяжело.