— Ваш друг выживет, о нем позаботятся. Если захотите, сможете его навещать. Это все, что я в состоянии сделать, по крайней мере, пока ситуация не переменится. Вы меня понимаете?
— Да.
— Не отчаивайтесь, это еще не конец.
— Спасибо, сеньоро президенто.
— Не за что. Всего наилучшего, капитан Браун , и да поможет вам Великий Космос.
Сирма-Нова, три недели спустя
— Ах ты, терранский прихвостень… — протянул Кэсси, поднимаясь с полки.
Он подошел к силовому полю и встал перед Каем лицом к лицу, отделенный от него лишь бесконечно тонкой незримой преградой.
— Зачем явился, Малыш?
— Хотел узнать, как ты.
— В порядке. Их слабая, никчемная республика не умеет правильно карать врагов.
— Здорово. Ты еще в состоянии шутить.
– Нет, не в состоянии, и это почти не ирония. Суд оказался еще более скучным фарсом, чем я думал. Меня выслушали, вежливо отругали за неправильный образ мыслей и отправили под замок „на неопределенный срок“. Вот же сволочи. Лучше бы ты убил меня, Малыш.
— Чушь. Это не навсегда. Через год я твое дело пересмотрят.
— Ага, и оставят решение в силе.
— Тогда еще через год я снова подам запрос, и буду так делать сколько угодно раз.
— Да неужели? Будешь подавать прошение десятки раз? Брось, приятель, не порти себе карьеру глупостью. К тому же я никогда, слышишь, никогда не приму то, что они сделали с идеей великой Сирмы.
— Не будь таким дураком. Никогда — это слишком долго. Старой Сирмы больше нет. Теперь твой дом — Сирма-Нова.
— Великолепно! Дом, в который меня затащили под прицелом бластеров. Как когда-то на Меркурий.
-- Значит, ты все-таки мой меркурианский брат.
-- Для тебя — брат, но взгляды менять не собираюсь, — Кэсси скривился и едва заметно вздохнул.
— Не хочешь — не меняй, я и не просил, -- проворчал Эсперо -- Принести тебе что-нибудь? Еду? Вещи?
— Ничего не нужно, меня и так кормят.
— Тебе очень плохо?
— Нет, мне очень хорошо.
— Это ирония?
— Немного.
— Ну, тогда на время прощай. Надеюсь, когда-нибудь увидимся.
— Больше не приходи, — бросил Тр-Аэн уже вслед. — Если все-таки заявишься, пожалуйста, не раньше, чем через месяц. Дай мне время подумать и не беспокойся — глупостей не наделаю.
Кай не ответил — он уже вышел под бледно-перламутровое, прозрачное небо Сирмы-Нова. «Меня от судьбы Кэсси или даже от худшей, отделял всего лишь шаг… если бы не Мартин Рей, я бы умер в Йоханнесбурге или сошел с ума в космической тюрьме»