-- Мы сражались за справедливость... Чаще всего — за нее.
-- Да кому она, твоя справедливость, нужна? Мы сражались за деньги, за минус-материю для «Стрелы», за комфорт, в конце концов — просто за еду. Послушай, Кай, не пытайся взлететь слишком высоко — сожжешь себе крылья.
Он знал, что Роза права, а потому прогнал хандру и отогнал свою тягу к переменам. Он почему-то не помнил, кто из братьев погиб первым — кажется, Алекс или Башир… Зато смерть Дхами Эсперо запомнил навсегда — парень попал в руки врагов живым и прошел полный цикл мучений, лишившись сначала пальцев, потом и других частей тела. Нравы на фронтире царили грубые, а способность к регенерации лишь продлила мучения супервиро.
За смерть братьев Кай мстил быстро и эффективно, но воскресить их по записям из кулона пока не мог — лаборатории нужного уровня не оказалось на на соседних планетах. Он отложил радость встречи на потом, привык думать, что дорогие его сердцу люди не умерли, а только ушли на время. Иногда Эсперо видел странные сны — самого себя в форме офицера, незнакомого капитан с позывным Март. Дела на «Стреле» между тем, шли трудно — команда супервиро слишком многим перешла дорогу. Капитана Кая пытались убить десяток раз — в кабаках и доках фронтира, из-за угла, на станциях, да и просто в бою. Всех киллеров ожидала одна и та же печальная участь — оторванные напоследок руки и сломанная шея.
… Эсперо не покидал «Стрелу», смутно припоминая, что должен отразить какую-то угрозу, но уже не помнил ее сути.
Болезнь команды застала капитана врасплох.
-- Это искусственная нано-зараза, делали специально против нас, -- объяснила Чанда, из последних сил явившись к капитану с докладом. -- Подсунули в ящиках с провиантом. Фильтруется даже через полную биозащиту.
Девушка выглядела изможденной, глаза провалились, на смуглой прежде идеальной коже появились пятна.
-- Мы же полностью имунны.
-- Значит, не полностью.
-- Ты можешь сделать антидот?
-- Я попытаюсь, но…
-- Что, задача не по плечу?
-- Скорее уж времени слишком мало.
Времени и вправду оказалось мало — Чанда умерла первой, затем по одному уходили остальные. Али, Шандор, Роза...
Кай держался дольше всех. Поначалу он находил в себе силы хоронить братьев, отправляя в вакуум их завернутые в саваны тела. Потому, ослабев, он тихо умирал — без мучений, без мысли, жалкий остов когда-то почти бессмертного супервиро.
Безжизненная «Стрела» одиноко дрейфовала во тьме, пока пролетавший мимо «чистильщик» не ударил торпедой в силовое ядро. В этот миг корабль превратился в один большой погребальный костер.
Эсперо, разлепил веки, жадно глотая воздух. Возможное прошлое и связанное с ним будущее, угасли, не воплотившись. «Как тут холодно, как бесконечно холодно…» -- подумал он и осознал, что задыхается в смятении.
-- Ну и как? — поинтересовался любопытный Кэсси. — Получилось улучшить жизнь?
-- Не получилось, -- хмуро выдавил Кай. — подожди чуть-чуть, нужна другая попытка.
Глава 25. Свет во тьме
-- Ну что же, пробуй еще раз, -- равнодушно отозвался Тр-Аэн.
-- Ладно, -- ответил Эсперо и ощутил нечто странное — подобие укора совести.
«Если Ке-Орна казнят в прошлом, недавнее республиканское восстание захлебнется в крови. Это, наверное, устроит Кэсси, но не меня… нет, не меня. Я видел армаду криттеров возле Тилии. Без поддержки сирмийцев они сметут Лигу. Хотя, какое мне дело до мачехи-Земли?».
«Ты клялся в верности отряду Кси. — возразил воображаемый, давно ушедший за последнюю грань Март, -- помнишь нашу доктрину? Всё ради выживания человечества».
-- Помню, -- пробормотал Эсперо вслух.
-- Эй, ты о чем? – поинтересовался Кэсси.
-- Да, так. Ни о чем.
Эсперо снова взял нексус в ладони, и огненно-ледяной удар на этот раз почти повалил его на пол.
Почти сто двадцать лет назад