– Приходил наш второй землянин, предлагал свою кровь.
– И как?
– Они несовместимы.
-- А я?
-- Вы тоже не подходите по группе.
-- Можно выделить из крови наноботы, ввести их лейтенанту, усилить регенерацию.
-- Понимаете… -- хирург нахмурился, он явно испытывал неловкость. — Я могу сделать нечто подобное, но это не поможет. Мозг этой женщины умирает. Сказалось кислородное голодание.
-- То есть, всё?
-- Да, всё. Мы прекращаем бороться.
-- Погодите… тело можно клонировать. Воспоминания — записать.
-- Да нечего уже записывать! — врач почти сорвался на крик. — Простите, камарадо, но хватит иллюзий. Странно, что она до сих пор жива.
…Сакура лежала на узкой кровати, очень бледная, с полуоткрытыми темными глазами. Кокон скрывал тело от шеи и до пят, левая, уцелевшая рука свисала с ложа и казалась совсем бесплотной. Кай взял в свои ладони эту тонкую, почти невесомую руку, и в тот же миг запоздалая ментальная связь опалила его ледяным огнем. Тоска близкой разлуки. Радость встречи. Боль. Глубокая нежность.
-- Она — псионик?
Врач кивнул.
--Латентный, -- добавил он.
– Сакура…
По щекам девушки внезапно покатились слезы — крупные и чистые, будто бусины. Она пыталась что-то бормотать, но в словах уже не осталось смысла. Ментальная связь на миг принесла ощущение ласкового солнца и морской соли на губах, а потом исчезла, сменилась тусклой пустотой. Ослабевшие пальцы разжались.
– Клиническая смерть, — сообщил сирмийский врач. — Запустить дафибрилляцию еще раз?
– Шансы есть?
– Я же сказал — никаких.
-- Тогда не мучайте ее зря.
-- Капитан… Разожмите кулаки. У вас спазм мышц. Успокоительное хотите?
– Не надо.
– А зря отказываетесь.
– Я же сказал -- не надо.
«Как холодно, — подумал Кай, покидая медицински отсек — Пробирает до костей, будто тогда в горах».
Он еще полчаса бесцельно бродил по коридорам, то наблюдая за аппаратурой на инженерной палубе, то разглядывая в иллюминаторы звезды, пока не очутился у стойки бара под громадной гербом Республики. Шандор тоже проводил время здесь — цедил из стакана какое-то сирмийской пойло.
– Привет, Фрэнк.
– Привет, Тони. Почему ты не под арестом?
– Разве? А ведь точно! Был, кажется, приказ Фар-Галана, но про него все забыли, а я.. не стал напоминать. Как говорят у нас на Земле, победителей не судят.