Из раскрытых дверей, смешиваясь с туманом, струились серые дымные струи. В воздухе резко пахнуло серой.
— Демон! — Северин вытащил мешочек с защитной смесью и начал сыпать, пытаясь очертить круг.
— Это его не остановит. Сейчас сыро. Мы не продержимся до рассвета. Я попробую по-другому.
В руках у Яна блеснул небольшой нож.
Парень полоснул себя по запястью, и тяжелые, тягучие капли упали на землю.
— Mane creatura inferna! Exorciso te… — забормотал он.
Чужие, странно звучащие слова срывались с его губ и будто падали на землю вместе с каплями крови, отгораживая ребят от клубящейся тьмы и сумрака.
Саша со страхом заметила, что лицо Яна посерело, черты лица заострились. Она наскоро перевязала ему запястье.
— Грубо и затратно, но действенно и, главное, быстро, — проговорил Ян. — Теперь он не сможет последовать за нами. Но и нам придется идти только вперед, во всяком случае, пока не покинем усадьбу. Так что сделаем крюк. Надо вернуться к воротам и забрать мой скутер.
В сером предутреннем свете деревья казались черными колоннами огромного здания, поддерживающими невидимый потолок. Впереди, сквозь листья, блеснул заросший ряской пруд.
Саша заметила, что Ян с трудом переводит дыхание.
— Давайте остановимся, передохнем минутку, — попросила она.
— И все-таки странно, что этот Брюс так легко дал нам уйти, — пробурчал Северин. — Насколько я понял, он считался чуть ли не всемогущим. А столкнулись мы пока с мелким демоном и девушкой, пусть и не настоящей, и маленькой, хотя и очень вредной собачкой. Неужели это все?
— Сплюнь и постучи по дереву. — Ян стоял, прислонившись к стволу старого ясеня, с наслаждением вдыхая утреннюю свежесть. — Наверняка у дорогого Якова Вилимовича есть еще что спустить на незваных гостей. Вопрос в том, насколько я ему нужен и насколько мы ему насолили.
— А как же, — откликнулась Динка, — демона прогнали, Марию ммм… разрушили. Любимую комнатную собачку, — девочка с очевидной усмешкой покосилась на Северина, — обидели! Тут кто хочешь расстроится.
— Слышите! — Саша подняла голову. — Барабан.
— Где? — Северин завертел головой. — Слышу, деревья шумят, белки бегают, — он замолчал, потому что в этот момент все услышали тихую, на пределе восприятия, как будто очень далекую барабанную дробь.
— Быстрее, уходим! — Ребята, вслед за Глебом, бросились к пруду.
Барабанная дробь стала громче. Бодрый, сильный звук заставлял собраться с силами, звал вперед.
Над прудом, словно в чаше, плавал туман. Кое-где сквозь него виднелась заросшая ряской вода.
— Там?! — закричала Динка.
Из воды с негромким плеском поднимались темные высокие силуэты.
Едва различимые в густом тумане фигуры казались зловещими и какими-то неестественными.
Глеб вытащил пистолет и направил его в сторону приближающихся.
— Назад! — приказал парень.
Но незнакомцы с какой-то пугающей монотонностью продолжали двигаться в сторону ребят. Луч фонарика осветил одну из фигур. Саша ахнула. Яркий луч света выхватил из темноты высокую медную шапку с двуглавым орлом, заиграл на правильных, выкованных из стали чертах лица, на массивном металлическом нагруднике. Взгляд стеклянных, как у чучел в музее, глаз был осмысленным и наполненным яростью.
«Механические солдаты! У него все-таки получилось, старый чародей сдержал обещание, данное царю Петру!» — подумал Глеб, спуская курок.
Глухо треснул выстрел, и пуля с визгом срикошетила от стального лица.
— Бегите к мотоциклам! Мы их задержим! — крикнул Северин.
Сунув бесполезный пистолет в карман, он подхватил с земли увесистое бревно и бросился навстречу врагу. Глеб выстрелил дважды, пытаясь попасть в глаза. Один из стеклянных шариков лопнул, оставив вместо себя зияющую темную дыру. В ответ солдат стремительно разорвал дистанцию, и парень едва увернулся от страшного удара штыком в живот.