– А я думаю, что не стоит без меня соваться. – О чудо, Ян выглядел немного сконфуженным. – Мало ли что из этих старых храмов вылезти может.
– Да ладно, не переживай, всякие монстры ночью появляются, это ж все знают, – оптимистично возразила Динка.
– Все знают, кроме самих монстров, – попробовал пошутить Ян, но поймав взгляд Александры, покачал головой: – Ладно, сдаюсь, только не лезьте ни во что странное.
– Я тебе дам кое-что, чтобы ты побыстрее восстановился, – заверил его Северин.
Оставив Яна в гостинице, с помощью камеры и нескольких фотоаппаратов они быстро отсняли каждый кусочек резьбы на Дмитровском и соседнем Успенском соборах. Затем сели в машину и выехали из Владимира.
– Здесь? – удивленно спросила Динка, глядя на сонную деревушку, где Ангелина остановила автомобиль.
– Это Боголюбово, – пояснил Глеб, – вон там, где монастырь, – он указал на видневшиеся за беленой стеной купола, – была резиденция князя Андрея Боголюбского. Князя Андрея тут зверски убили, это мрачная и запутанная история, такой древнерусский детектив. После смерти князя резиденцию забросили, а потом устроили тут монастырь.
– А еще, – назидательно дополнила Саша, – Андрей был первым из князей, кто понял, что Киев уже потерял свое значение, что у земель центральной Руси большое будущее. Его правление считается началом расцвета Владимирского княжества, которое быстро стало главным среди других русских земель. И наши Великие Московские князья, и первые цари, по сути, его наследники и преемники, не говоря уже о том, что они его потомки.
– Догадываюсь, он это не просто так понял, – сказала Динка, – где-то тут корона зарыта.
– Я тоже так думаю, – согласился Глеб. – Мне кажется, я вижу в прошлом не случайные, а самые значимые для нас события. Именно то, что нужно в данный момент.
– А монастырь обитаемый? Нам сейчас там, наверное, не рады будут, – предположил Северин. Он внимательно оглядывался по сторонам.
– Мы туда и не пойдем. Храм Покрова-на-Нерли где-то там, – Александра указала на покрытый туманом луг.
Восходящее солнце скрыли тучи, и в низине было сумрачно. Туман, густой, как молоко, обтекал дома и деревья, превращая их в смазанные, нечеткие призраки. Ребята перебрались через полотно железной дороги и вышли на луг. Высокая, мокрая от росы трава цеплялась за ноги.
– Постойте, тут что-то не так, – Северин остановил друзей. Ноздри его раздувались, а глаза внимательно обшаривали белый полумрак.
Глебу показалось, что невидимая шерсть у него на загривке встала дыбом.
– Тут кто-то есть, но я его не вижу и не чую, – сказал Северин.
– Нет здесь никого, – неожиданно нарушила молчание не произнесшая за всю дорогу и двух слов Ангелина. – Я чувствую жизнь, ну, существ с теплой кровью, когда они рядом. Поблизости, кроме нас, никого нет, даже зверьков каких-нибудь.
Ребята невольно сбились в кучу. Туман искажал восприятие, казалось, там, за белесой пеленой, мелькают какие-то странные фигуры. Или это просто кусты и деревья?
Глеб достал пистолет и щелкнул предохранителем.
«Неужели засада? – подумал он. – Но как нас вычислили так быстро?..»
– Там! – закричала Динка, показывая куда-то рукой. – Там кто-то есть!
Глеб было повернулся посмотреть, но краем глаза заметил движение совсем в другой стороне.
– Оно играет с нами, – спокойно сказал Северин. – Стойте на месте. Пусть подойдет поближе.
Наступила напряженная тишина.
И вдруг истошный, пронзительный визг разорвал воздух. Что-то грязно-серое метнулось на них из тумана. Глеб успел увидеть мертвое полуразложившееся лицо, пустые дыры вместо глаз, разинутый в крике рот… Парень рефлекторно выстрелил, уже понимая, что обычное оружие здесь бессильно. Пуля разорвала одеяния существа, похожие не то на обрывки савана, не то на клочья тумана, но края их тут же сомкнулись.
Огромный волк прыжком бросился на призрака, но вдруг отскочил, поджимая лапу и страшно рыча.
– Я его задержу, бегите! – Ангелина бросилась на существо. Тщетно. Вампирша просто пролетала сквозь него. Призрак, или кто бы он ни был, не обращал на нее никакого внимания. Похоже, он вовсе ее не замечал.
– Верни! – вновь раздался истошный вопль. – Верни мое дитя!
Призрак налетел на Глеба, и в лицо ему пахнуло запахом земли и разлагающейся плоти. Странное создание обвило его, будто обнимая, и припало лицом к груди.
– Верни мое дитя, князь! – услышал Глеб жуткий искаженный голос.