Но теперь, когда сотни миллионов землян уже были в плановом порядке отправлены на новое место проживания, а миллионы все еще оставались на Земле, в умах многих из них произошли непонятные изменения. Теперь на Земле рос скептицизм и, соответственно, бунт против эвакуации, чего Уэльс никак не мог понять. Ему еще больше захотелось быстрее добраться до Нью-Йорка и увидеть Джона Фэрли.
В ПОИСКАХ ОСТАВЛЕННОЙ МАШИНЫ Уэльс быстрым шагом двинулся по темной улице к главному бульвару, где слабо мерцали маленькие белые дорожные указатели. Однако автомобиля нигде не было. Пожав плечами, Джей двинулся по шоссе в надежде выйти на одну из крупных эвакуационных магистралей. Он прошел всего несколько сотен метров в кромешной темноте, когда позади него внезапно зажегся свет, и на земле появилась его четкая тень. Он испуганно обернулся.
— Мистер Уэльс! — услышал он знакомый голос водителя, доносящийся со стороны источника света.
Эта была машина, которую он искал и которая осветила его своими фарами.
— Я подумал, вы вернулись в космопорт, — с кислым видом сказал Джей, подойдя к шоферу.
— Я не собирался убегать, — отозвался тот раздраженным голосом, — но бороться с разъяренной толпой абсолютно бесполезно, я все равно не смог бы вам помочь. И скажите, разве я не предупреждал вас? Наша форма сводит этих людей с ума, к ним нельзя приближаться!
— Хорошо, — голос Уэльса стал более миролюбивым, — давайте выбираться отсюда.
Когда машина тронулась, он вновь обратился к водителю:
— Послушайте, когда четыре года назад я покидал Землю, мне казалось, что ни одна живая душа не сомневается в надвигающейся катастрофе. Что случилось за это время? Почему у людей возникли какие-то сомнения?
— Не знаю, — шофер теперь тоже говорил спокойным тоном. — Но сейчас многие уверены, что Планета Кендрика — это просто пугалка и что астероид пролетит мимо.
— Но почему? Кто им это сказал?
— Никто не знает, кто начал будоражить людей, и еще относительно недавно желающих остаться на Земле было очень мало. Но постепенно ситуация стала меняться, и сейчас уже многие говорят, что, если бы Кендрик действительно верил в свое предсказание, он бы покинул Землю!
— А что на это говорит сам Кендрик?
— Да ничего, — в голосе водителя опять послышались раздраженные нотки. — Говорят, он просто скрылся. По крайней мере, официальные лица признали, что он не улетал на Марс. А лучшего повода для сомнений и нарочно не придумаешь.
На минуту наступила тишина, которую Уэльс нарушил несколько странным вопросом:
— А вы сами, как думаете?
Ответ водителя был мгновенным:
— Я, конечно, за эвакуацию. На Земле мне терять нечего. Произойдет столкновение или нет… Меня здесь уже не будет.
Тем временем, машина быстро проезжала через все новые и новые молчаливые города, а рассвет уже начал раскрашивать небо на горизонте, причем в какой-то тусклый серый цвет.
Они выехали на высокоскоростную магистраль. Впереди показались окутанные туманом небоскребы Нью-Йорка, которые постепенно приближались и казались призрачными на фоне светлеющего неба.
Добравшись до центра города, Джей с водителем внезапно снова оказались среди людей. Пестрая толпа сновала по тротуарам — рабочие и их семьи со среднего запада, лесорубы и шахтеры с севера, бизнесмены, страдающие избыточным весом, женщины с детьми разного возраста… Некоторые вели на поводках собакам и несли клетки с птицами. Вся эта шаркающая, медленно передвигающаяся масса людей, казалось, бесцельно слоняется взад-вперед по улицам. Но это было не так. Все они ожидали своего вызова на автобусы, чтобы добраться до космодрома и отправиться в другой, немного пугающий мир.
Полицейских, занятых на эвакуации, которые отличались от остальных серой формой, тоже было много, и, к удивлению Уэльса, все они были вооружены. И, видимо, не напрасно, потому что взгляды людей в толпе, которые они бросали на служебные автомобили и на машину, которая доставила Уэльса в Нью-Йорк, не отличались дружелюбностью. Конечно, Джей понимал, что счастья от эвакуации никто не испытывал: покидать свои дома, в которых люди прожили порой почти всю жизнь, чтобы отправиться в неизвестность, было тем еще «удовольствием». Но даже это обстоятельство все-таки не могло оправдать явно враждебные взгляды по отношению к тем, кто просто выполнял свою работу.
Большое здание ООН, которое как будто возвышалось над городом, было построено около тридцати лет назад взамен старого. Уэльс предполагал, что теперь, когда весь секретариат был на Марсе, это будет только пустая оболочка, но на деле все оказалось не так. В этом здании расположился штаб по эвакуации значительной части Америки, и оно было заполнено чиновниками, архивариусами и клерками.
Похоже, Уэльса уже ждали, и он прошел прямо в офис регионального маршала по эвакуации.
В кабинете, кроме Фэрли, находились еще три человека. Сам Джон Фэрли оказался крепким светловолосым мужчиной невысокого роста лет тридцати пяти или около того, излучавшим силу, здоровье и интеллект — как раз те качества, которые всегда заставляли Джея чувствовать себя еще более долговязым и застенчивым, чем он был на самом деле.
— Мы уже успели обсудить вашу миссию здесь, — начал Фэрли, указав на трех других мужчин с озабоченными лицами примерно того же возраста, что и он сам. — Познакомьтесь, это мои друзья и коллеги, мои помощники по эвакуации из других регионов. Блисс с Тихоокеанского побережья, — маршал кивнул на худощавого высокого человека, — Шомез из Южной Америки и Холст из Европы…
Фэрли сделал паузу и продолжил спокойным деловым тоном:
— Мы понимаем озабоченность секретаря ООН и готовы сотрудничать с вами, чтобы ускорить эвакуацию и привести ее в соответствие с графиком.
— Все настолько плохо? — спросил Уэльс, и его глаза распахнулись шире.
— Плохо… и становится еще хуже, — мрачным голосом ответил Блисс. — И если так пойдет и дальше, мы не успеем эвакуировать миллионы людей.