Выйдя на летное поле космопорта, Джей глубоко вдохнул прохладный ночной воздух. Земной воздух, аромат которого ни с чем невозможно сравнить. Неудивительно, подумал он, что пожилые женщины в перенаселенных новых городах на Марсе все еще плачут, когда говорят о Земле.
Уэльс встряхнулся, застегнул китель своей формы сотрудника ООН и расправил плечи. В конце концов, он был здесь не для того, чтобы поддаваться эмоциям. У него была работа. Он сел на одну из движущихся кольцевых дорог и направился через огромный космопорт к высокому сияющему скоплению огней — штаб-квартире порта. Далеко на темной равнине вырисовывались массивные черные громады межпланетных кораблей. Их были десятки, сотни. И они продолжали прибывать по жесткому графику. В результате в небе над головой Джея снова и снова раздавался сотрясающий все вокруг грохот, и огромные корабли плавно устремлялись вниз на тормозных струях пламени.
Уэльс точно знал, сколько раз за последние годы корабли, каждый из которых доставлял на Марс тысячи человек, поднимались с этого космодрома, и сколько раз они, соответственно, возвращались. Только отсюда, из Нью-Джерси, десятки миллионов людей уже покинули Землю. А этот космодром, обслуживавший эвакуацию, был лишь одним из многих.
Под разноцветными огнями Уэльс увидел длинную очередь мужчин, женщин и детей, двигавшихся к одному из возвышающихся неподалеку кораблей. Вспыхнули сигналы. Громкоговорители взревели металлическими голосами: «Корабль 778 отправляется! Всем назначенным на корабль 778 пройти на него! Подготовьте документы на эвакуацию!»
Джей прошел мимо этих людей, не глядя на них, не желая видеть их лица. Рядом из автобусов выходили все новые люди, бесконечное количество бледных людей. У входа в администрацию вооруженный охранник посмотрел на форму Уэльса, а затем на его документы и пропустил его внутрь.
— Офис координатора порта прямо по курсу, — сказал он.
Внутри здания, казалось, царила полная неразбериха. Туда-сюда сновали мужчины и женщины в форме, было слышно гудение работающих счетных машин, перекрываемое звоном телефонов. Уэльс подумал, что здесь остро ощущается настоящий пульс переселения, который сейчас участился, как пульс умирающего человека.
Бурро, координатор порта, был коренастым и лысым вспотевшим мужчиной. Когда Джей вошел, он сидел за столом и пил кофе, сбросив форменную куртку.
— Садитесь, — сказал он вошедшему. — Я слышал, что вы прилетите, чтобы «накрутить нам хвосты».
— Ничего подобного, — возразил Уэльс. — Секретарь ООН просто хочет знать, почему, черт возьми, графики эвакуации не соблюдаются?
Бурро одним глотком осушил свою чашку, поставил ее на стол и вытер губы.
— Послушайте, вам надо обсуждать это не со мной. Я координатор порта, вот и все. Я провел через это место миллионы людей. Управление по эвакуации отправляет их сюда из пункта сбора в Нью-Йорке. Хороших людей, не очень хороших людей и людей, которых вообще не стоит спасать. Но для меня они все — просто единицы. Они добираются сюда, я их отправляю дальше. И это все, за что я отвечаю. Человек, с которым вам надо поговорить — это Джон Фэрли.
— Региональный маршал по эвакуации?
— Да. Поговорите с ним там, в Нью-Йорке. Я уже приготовил вам машину с водителем.
Уэльс встал. Для него стало очевидно, что Бурро был готов к встрече с ним и скрывать этому человеку нечего. И было также очевидно, что от него Джей ничего не узнает об исчезновении Кендрика.
— Хорошо, — сказал он. — Сначала я увижусь с Фэрли.
ВОДИТЕЛЬ МАШИНЫ, РЯДОВОЙ сотрудник ООН, свернул на боковую дорогу почти сразу, как только они выехали из космопорта.
— Нет смысла мешать автобусам и грузовикам на эвакуационных путях, — объяснил он свои действия. — Мы пользуемся старыми дорогами. Сейчас на них почти нет движения.
Старые дороги — ленты бетона и асфальта, по которым когда-то днем и ночью проезжали тысячи машин — теперь даже не освещались.
Они проехали через темную и пустую деревню и двинулись дальше по такой же темной сельской местности. Потом перед ними появилась деревня побольше, и окна ее домов, не всегда закрытые, смотрели на них, как слепые глаза.
— Все поселки до самого Нью-Йорка эвакуированы, — как будто поясняя, сказал водитель.
Уэльс, сидевший, сгорбившись, у открытого окна и наблюдавший за виляющей дорогой, увидел впереди на повороте старый фермерский дом. В свете фар было видно, что все ставни на его окнах закрыты. Какая-то семья навсегда покинула этот дом и тщательно все в нем заперла перед концом света.
Мимо проплывали тополя, ивы и вязы, и время от времени в машине ощущался аромат цветов распускающихся орхидей. А старые яблони, наивно не подозревавшие о надвигающейся катастрофе, готовились снова дать плоды.
Уэльс испытал острое, щемящее чувство досады. Он вновь задал себе вопрос, который задавал весь мир в течение последних пяти лет: почему это все происходит? И ответ на этот вопрос был только один. Далеко в темном пространстве Солнечной системы, за пределами новых марсианских колоний, созданных человеком, тысячи астероидов двигались по невероятно запутанным орбитам. Они были челноками, плетущими паутину судьбы. Ли Кендрик был первым, кто обратил внимание на один большой астероид, следующее прохождение которого вблизи Юпитера сделало бы эксцентриситет его орбиты слишком большим. С помощью телескопа, в который наблюдал Кендрик, и с помощью великолепных электронных вычислительных машин он рассчитал эту орбиту на годы вперед, и…
Уэльс часто задавался вопросом, что чувствовал Ли, когда к нему пришло осознание будущей катастрофы, когда расчеты показали неминуемый конец мира людей… Вывод Кендрика был неутешительным — через пять лет эксцентриситет астероида Нереус приведет его к пересечению с земной орбитой, и столкновение сделает нашу планету непригодной для жизни.
Джей хорошо помнил первое ошеломление, с которым мир воспринял эту новость, после того как расчеты Ли подтвердились и уже не вызывали никаких сомнений. По мнению Кендрика, никакая доступная людям сила не могла уничтожить или отклонить в сторону астероид такого размера. Но в течение пяти лет было возможно эвакуировать всех жителей Земли на Марс.
«Кендрик смог дать всем нам годы для спасения человечества, годы, за которые можно было построить десятки тысяч огромных космических кораблей и запустить марсианскую программу, — думал теперь Уэльс. — Если человечество выживет, то только благодаря предупреждению Ли. Но почему тогда он исчез?»
Джей внезапно осознал, что водитель тормозит. Они были на окраине Морристауна. В этом месте не все улицы были темными и мертвыми. Он увидел мерцание фонарей и движение темных фигур и услышал зовущие голоса.
— Мне показалось, вы сказали, что все эти города закрыты? — обратился Уэльс к шоферу.
— Да. Но местами еще попадаются люди. Точнее, мародеры. А потому нам лучше обойти это место.