И вот, наконец, в четыре утра понедельника в каюту командира поднялись командир БЧ-2 с флагартом и доложили, что работы завершены, сопротивление изоляции в норме. Спустившись вместе с ними в осиный пост, Гаврила Иванович дал добро на запуск. Секунды, тянувшиеся после пуска агрегатов, отняли у Кислякова несколько миллионов нервных клеток.
Наконец, флагарт, лично проверив все параметры комплекса, облегчённо доложил:
– Всё нормально!
– Прекрасно! – выдохнул командир и повернулся к командиру БЧ-2. – Личному составу – отбой. Подъём в семь тридцать. На проворачивании проверить комплекс во всех режимах.
После чего он обратился к флагарту:
– А Вас, Николай Алексеевич, я прошу подняться ко мне для решения организационного вопроса.
Капитан 2 ранга Воронин, зная о привычке Гаврилы Ивановича производить «разбор полётов» непосредственно по окончании мероприятий, лишь пожал плечами. Какая разница, отбиться сейчас или после разбора – лишние полчаса уже никакой рояли не играют…
– Какой вопрос, Иваныч? – переступая через комингс[41] командирской каюты, поинтересовался флагарт.
– Как какой? Армянский, естественно! – подмигнул ему Кисляков, и, видя недоумённый взгляд офицера, достал из бара бутылку «Васпуракана» и лимон. – Думаю, что можем себе позволить. Заслужили!!!
Он открыл бутылку и по каюте тут же распространился благородный аромат.
– Чтож, я полезных перспектив никогда не супротив! – процитировал Николай Алексеевич, нарезая лимон.
– Ну, за успех нашего безнадёжного дела!
– Будем!!!
Приятное тепло растекалось по пищеводу, снимая напряжение минувших суток.
Памятуя о том, что между «прогревным» и «пристрелочным» должно пройти не более минуты, флагарт налил по второй.
– За наших любимых! – поднял рюмку Воронин.
Закусили лимончиком.
– Чего вдруг пригорюнился, Иваныч? – заметив изменившееся настроение командира, спросил флагарт.
– Да Маруся мне теперь всю плешь проест. В эти выходные с «Осой» провозились, в следующие – «Кумжа»…
Когда теперь до дома доберусь – не знаю.
– А что по поводу квартиры говорят?
– Да пока ничего…
– А ты рапорт на хату написал?
– Нет ещё.
– Так ты напиши! – посоветовал Алексеевич.
– А что? И напишу! Завтра же!!! – пообещал Гаврила. – Ну, за тех, кто в море!
К началу шестого бутылка опустела и флагарт откланялся.
Командир, дав указание дежурному поднять его в семь утра и уточнив, понимает ли тот разницу между терминами «разбудить» и «поднять», стал готовиться ко сну.
«А чего тянуть? – трезво рассудил Кисляков. – Напишу рапорт сейчас, а утром отдам комдиву».
Сказано – сделано! И, поставив подпись под документом, Гаврила уронил голову на подушку и тут же уснул.
[41] Комингс – вертикальные стальные листы или деревянные брусья, ограждающие грузовые, световые и сходные люки от попадания воды внутрь помещений. Все двери на корабле также имеют комингс (порог) высотой от 50 до 300 мм;