– Берёза! Дробь!!![37] – заорал комбриг во всю мощь. – Там же люди!
Сергей, уже собиравшийся распечатать ящик в гранатами, вытянулся в струнку и доложил:
– Товарищ комбриг! Это не люди! Это – сволочи! Они Ваших крабов воруют!!!
На лице Белякова некоторое время отражалась внутренняя борьба, но рациональное всё же взяло верх над эмоциями:
– Стрельбу отставить! Спустить катер и набить морду! А тебе завтра после подъёма флага – ко мне в каюту.
Матросы, с явным сожалением, зачехлили гранатомёт и убрали ящик с гранатами. Но, ввиду того, что время было упущено, отряжать погоню уже не стали…
На следующее утро командир БЧ-3 сторожевого корабля «Невесомый» Сергей Берёза прибыл на ковёр к командиру бригады.
– Ты хоть понимаешь, стервец, что мог натворить?! – неистовствовал Виктор Сергеевич.
– Так точно, товарищ комбриг! – сокрушённо отвечал Берёза.
Обдумав всё за ночь, он, конечно, понимал, что спорол горячку. В верности прицела он ни капли не сомневался и гранату бы положил куда надо. Ну, а вдруг?.. Страшно даже представить!
Он, полностью раскаявшийся, стоял перед комбригом и ждал заслуженного «фитиля», готовый понести самое суровое наказание.
– Тебе бы, зелёнке подкильной, НСС[38] влепить, чтобы в следующий раз думал своей бестолковкой, при рождении о бетонный пол ушибленной, но… Главкому виднее. Читай! – и Беляков протянул минёру листок с приказом.
Дрожащей рукой Сергей взял протянутую бумагу, удивляясь, как быстро на его «подвиги» успел отреагировать сам Главком… И откуда только узнал?
Буквы прыгали и никак не хотели складываться в слова…
Наконец, он прочёл шапку приказа: «О результатах инспекции Министерства Обороны РФ на Военно-Морском Флоте и подведении итогов».
– Я там для тебя подчеркнул, – изобразив скромную улыбку профессионального людоеда, произнёс комбриг.
Сергей отыскал указанное место, и глаза его полезли на лоб. Чтобы как-то проверить, не бредит ли он, Берёза перечитал подчёркнутый абзац, но уже вслух:
– Определить лучших специалистов по морской подготовке в Военно-Морском Флоте Российской Федерации:
…лучший минёр – капитан-лейтенант Берёза Сергей Олегович…
– Считай, что в этот раз ты обделался лёгким испугом. Но ещё хоть что-то подобное выкинешь – перекушу! – пообещал Виктор Сергеевич, в чём Берёза ни разу не усомнился. – Свободен!
Берёза, не веря своему счастью, торопился на родной корабль. Оркестр в его душе играл любимый с детства «Марш нахимовцев»…
Рапóрт
Корабль восьмой месяц был в отрыве от родного причала. Противолодочную бригаду сокращали, и корабли стали выводить из Губы. «Дозорный» же в этом деле был первопроходцем.
Поначалу капитан 3 ранга Берёза стонал от организации службы в Главной Базе. Зачастую старпом получал диаметрально противоположные команды.
– Чтобы к вечеру артпогреба были разгружены! – требовал комдив.
– Сигнал «Флагман-1». На верхней палубе и причале никому не находиться! – через полчаса после начала работ вещал оперативный.
– Старпом! Чем Вы тут занимаетесь? Почему боезапас не выгружают?! – вопрошал через час прибывший на корабль начальник штаба.
О, сколько тёплых и нежных слов было сказано Сергеем в адрес оперативного дежурного, командования, Главной Базы в частности и всего Северного флота, штаб которого маячил тут же на горе, в целом. Но, естественно, произносились они с таким расчётом, чтобы ненароком не дойти до ушей адресата. Мало ли что!
То ли дело в Губе, где ты сам себе хозяин и, не только штаб флота, но и командира родной дивизии видишь по большим праздникам. Да и то, пока до тебя доберутся, свои люди десять раз предупредят: «Едут!» Так нет же ж! Родилась же в чьей-то мудрой голове идея о переводе корабля под бок к командующему!
Но со временем старший помощник командира «Дозорного» привык к сумасшедшему режиму службы в Базе и даже стал работать «на опережение», предугадывая очередную вводную. Служба налаживалась…
[37] «Дробь!» – команда на запрещение стрельбы.
[38] НСС – предупреждение о неполном служебном соответствии.