Тут же последовал приказ:
– Торпедисты! Аппараты с первого по четвертый для подводного выстрела – товсь!
Вскоре из первого отсека пришел доклад старшины торпедистов:
– Аппараты к пуску готовы, заполнены водой, передние крышки труб открыты!
Тут же были выданы данные для стрельбы и введены в аппараты. В последний момент капитан произвел коррекцию курса, довернув на 10 градусов. Через пару минут вспомогательный крейсер прошествует мимо подводной лодки и тогда…
– Отворачивает! – вырвалось из груди командира, когда вспомогательный крейсер повернул на 30° и двинулся на юго-восток.
Если преследовать пароход на этом его курсе, то лодке пришлось бы двигаться очень близко к береговой линии. Тем не менее командир пошел на этот риск, поскольку не хотел упускать столь желанную и крупную добычу. В общем же ситуация изрядно напоминала ту, в которой оказался Прин, проникнув в гавань Скапа-Флоу.
Однако вспомогательный крейсер все набирал скорость и через 30 минут уже исчез из вида.
Эндрасс скомандовал всплытие и, дав полный ход обеим дизелям, пошел в погоню.
– Он явно опасается подводных лодок! – произнес второй помощник капитана. – Явно береговая охрана командует в прибрежных водах всеми входящими и выходящими конвоями.
– Тогда он снова должен изменить курс, на этот раз на северо-запад, – в раздумье протянул Эндрасс.
Вскоре именно так и произошло, громада корабля изменила курс в предсказанном направлении, и U-46 смогла направиться ему на перехват. Спустя две минуты вахтенный снова доложил о приближающихся самолетах. На этот раз Эндрасс приказал только сохранять курс и ждать, ничего не предпринимая. Боевое счастье было на его стороне, воздушные машины не заметили лодку. Однако некоторое время спустя ей все же пришлось уйти под воду, скрываясь от двух «летающих лодок» Sunderland.
Часы показывали ровно 13:00, когда Эндрасс снова приказал подвсплыть на перископную глубину. Едва был поднят перископ, как он тут же поймал в визир вспомогательный крейсер.
– Залп тремя торпедами, аппараты № 1, 2 и 4!
Когда громада корабля наползла на перекрестие прицела, командир дал команду «Пли!», и нос лодки подбросило вверх, словно она хотела прорвать им поверхность моря. Но забортная вода тут же ворвалась в торпедозаместительную цистерну, и лодка снова легла на ровный киль.
– Торпеды вышли! – доложили из носового отсека.
Спустя 4 секунды после истечения расчетного времени движения торпед до цели Эндрасс увидел в перископ, как у центра корпуса вспомогательного крейсера, несколько ближе к корме и у самой кормы вздыбились водные столбы от попавших в корабль торпед. Три боевые части, с зарядом в 350 килограммов тринитротолуола каждая, пробили громадные отверстия в борту корабля. Вспомогательный крейсер тут же потерял ход и стал дрейфовать по поверхности моря с сильным креном на борт. На полуюте, сразу за ходовым мостиком, сдетонировали боеприпасы в артиллерийском погребе, и над кораблем с ужасающим грохотом взметнулся ввысь фонтан огня. В этом огненном аду появлялись призрачные человеческие силуэты, которые прыгали через фальшборт в море.
Подводная лодка тут же отвернула от тонущего корабля, едва Эндрасс различил водяные «усы», бьющие из-под форштевня двух эсминцев, направляющихся к предполагаемому месту погружения лодки. Отдалившись на 120 метров, субмарина развернулась и двинулась курсом на северо-восток. Разрывы глубинных бомб остались далеко за кормой. Еще какое-то время были слышны звуки уходящего на дно корабля.
В этом месте нашел свою гибель вспомогательный крейсер Carinthia водоизмещением 20 277 БРТ.
U-46 продолжила свое движение на просторы Атлантики. Приказ командующего подводным флотом гласил: «Подводной лодке вести как можно более активные боевые действия в Атлантике!»
В нем подразумевалось, что торпедный кризис начала года в связи с действиями в Норвегии преодолен и что теперь необходимо одерживать победы в подводной войне. В последующие дни U-46 прочесывала океан в южном направлении, двигаясь вдоль 15° западной долготы. Вечером 8 июня подводную лодку атаковал глубинными бомбами неопознанный корабль, однако ей удалось уйти, не понеся повреждений, а утром 9 июня была получена радиограмма из оперативного отдела штаба, которая гласила: «Подводным лодкам U-29, U-43, U-48 и U-101. Субмаринам этой группы действовать против обнаруженных ими целей. На месте оперативное руководство возлагаю на командира U-48. Если последний не задействован и необходимо решение, то действовать по обстоятельствам».
Несколько позже U-101 сообщила о замеченном конвое, к которому отправилась U-46. Около 12:00 вахтенные в рубке заметили судно, а в 13:05 одиночной торпедой был обстрелян финский сухогруз Margareta. Сразу же после взрыва пароход глубоко осел в воду и через 5 минут исчез с поверхности моря. Его водоизмещение составило 2155 БРТ.
– Похоже, что пароход просто возвращался к себе в порт. Нам следует все же искать конвой, – предположил второй помощник командира.
Однако это осталось всего лишь благим пожеланием, поскольку в последующие два дня ничего не произошло. И утром 11 июня подводная лодка легла курсом на юг, возвращаясь к обычной трассе конвоев Англия-Гибралтар. Около полудня в этот день субмарина провела краткий радиообмен с U-101. Ее командир Фрауэнхайм сообщил, что он заметил небольшой конвой, следующий с Мальты в Англию.
В 13:35 на подводную лодку сделал заход «Sunderland». U-46 своевременно ушла под воду и сумела уклониться от сброшенных на нее бомб. С погрузившейся субмарины за самолетом наблюдали в зенитный перископ и видели, как он маневрировал у нее по корме, явно ожидая всплытия и возможности повторить свою атаку.
Так, в погруженном положении, лодка пошла дальше своим генеральным курсом. Ближе к вечеру она всплыла и, дав средний ход своим дизелям, двинулась в надводном положении. Часы показывали 19:17, когда пришло первое донесение о замеченных судах, после которого командир сразу же поднялся в рубку.
Оттуда в бинокль Эндрасс увидел ряд дымов, поднимающихся из труб судов, и, далеко впереди, два больших темных силуэта. Он тут же распорядился отправить краткое донесение в штаб подводного флота о месте, направлении и скорости движения конвоя, в котором в общей сложности шло 18 судов.
Когда один из кораблей эскортной группы конвоя заметил подводную лодку, ей снова пришлось спешно погружаться под воду. Корабль этот засек место ее погружения и сбросил в этом районе серию глубинных бомб, которые взорвались слева по борту лодки на безопасном удалении от нее. Однако вторая серия бомб легла куда ближе и причинила некоторые повреждения, которые удалось устранить собственными силами. Затем лодке все же удалось оторваться и от этого преследователя.
В конце концов подводная лодка оказалась в выгодном положении для атаки на конвой. Эндрасс взял на прицел крупный танкер водоизмещением около 10 тысяч БРТ. В 23:04 субмарина дала двухторпедный залп. Обе торпеды попали в танкер, который тотчас же стал передавать сигналы бедствия. Судно оказалось британским танкером Athelprince водоизмещением 8782 БРТ.
Вскоре после попадания торпед танкер охватило пламя, и, когда субмарину отогнали от танкера корабли эскорта, Эндрасс был уверен, что танкер затонул. Однако это было не так. Он смог идти на буксире после того, как возникший на нем пожар был потушен.