— Расслабься, — Габи сжала мое запястье. — Будет весело.
Мы прошли в глубь комнаты, и я заметила несколько знакомых лиц. Я потянула ее за рукав:
— Здесь сотрудницы больницы. Они же будут потом обсуждать, что видели нас здесь!
Она беззаботно пожала плечами:
— И что? Это только укрепляет чувство солидарности. Поверь, они начнут относиться к тебе лучше.
— Все и так хорошо ко мне относятся.
— Конечно, хорошо. Но иногда ты бываешь резка. И не по-модному резка, а так, знаешь, как от недотраха. Считай это плановой процедурой. Присядь, возьми бокал вина и полистай каталог.
Она подтолкнула меня к складному стулу и протянула глянцевую красную брошюру с почти обнаженной женщиной на обложке. Я уставилась на модель с лисьим личиком, сразу отметив некачественную работу пластического хирурга. Импланты груди были слишком большими и круглыми и выглядели неестественно. Хотя, если подумать, она сидела, выгнув спину, на черном кожаном диване в красных стрингах, белой маске и ковбойских сапожках со шпорами, и ни ее поза, ни наряд тоже не отличались естественностью. Хилари и Габи поставили сумки на стулья по обеим сторонам от меня и повернулись, чтобы уйти.
— Вы куда? — прошипела я.
А они засмеялись в голос. Не со мной. Надо мной.
— Я иду себе за вином, а тебе захвачу валиум, — сказала Хилари.
— Очень смешно! Обхохочешься.
Они ушли на кухню, а я обвела взглядом комнату, чтобы сориентироваться, кто из знакомых здесь присутствует. Мне помахала Сюзи из отделения скорой помощи. Я помахала ей в ответ. На ней были джинсы с низкой талией и ярко-розовый топ. С распущенными вьющимися волосами она выглядела лет на десять моложе, чем в больнице.
Я была одета скромнее всех: в черные капри — часть базового гардероба — и бледно-голубую блузку. Да у меня и не было ничего броского: одежду я обычно подбирала для работы. Но теперь, когда я начала ходить на свидания, мне нужны новые, более смелые наряды. В конце концов, я что, не заслужила? Я так много работаю. Конечно, мой внезапно проснувшийся интерес к моде и стилю никак не связан с Тайлером и желанием выглядеть моложе и привлекательнее. Просто я уже тысячу лет не устраивала себе грандиозного шопинга, и мне нужно обновить гардероб. Ничего больше.
С ним это никак не связано…
Серьезно? Я совершенно не умею врать, даже самой себе.
Габи вернулась и протянула мне бокал с пенистым напитком персикового цвета.
— Попробуй. Это вкусно.
Я сделала глоточек. Она права. Что-то вкусное и фруктовое.
— Как это называется? — спросила я и сделала большой глоток.
Она дождалась, пока я наберу полный рот и ответила:
— Пенис колада.
Я подавилась кашлем, и напиток чуть не вылился у меня через нос. Слизистую обожгло. Чувствую, вечер будет долгим.
Она села рядом, Хилари присоединилась к нам с бокалом белого вина.
— Есть что-нибудь интересное в каталоге? — спросила она.
У меня не хватало решимости его открыть, ладно, сейчас или никогда.
Ох. Лучше бы я выбрала «никогда».
На домашних выставках-продажах я всегда чувствую себя обязанной купить хоть что-нибудь, но приобрести просвечивающую кукольную пижаму с панталончиками, меховые наручники или шармы для колечек в сосках была не готова. Я понадеялась, что найду какой-нибудь лосьон для тела, но нет. Ничего, не имеющего отношения к сексу, в тридцатистраничной брошюре не было. Листая ее, я обнаружила совершенно невообразимые приборы. Какие-то штуки с рожками, волчками, спиральками, бусиками, ушками и хвостиками. А также с аккумуляторами, зарядными устройствами и сменными насадками. Я пихнула Габи локтем в бок и показала на розовый ужас на странице одиннадцать.
— Это то, что я думаю? — шепнула я.
Она наклонилась ближе: