Ура-ура-ура! Может, они обнаружили что-то, что укажет на мою невиновность? Может, меня вернут обратно, в стены основной Академии, к Иштвану под крыло?
Забавно звучит, учитывая, кем является Алдериан…
Не удержавшись, я хихикнула. Будет круто, если всё так и получится! Не то, чтобы я была против изучения всех видов магии, но мне было бы куда комфортнее быть под началом Иштвана, чем командора Альвареса. Опять же, в том классе и неуравновешенная Азалия пасётся, нафиг мне эта лишняя головная боль…
– Так-так-так, кто тут у нас? Это же та самая выскочка из другого мира!
Я затормозила резко, будто столкнувшись со стеной. Чертыхнулась про себя. Вот блин! Как будто мои мысли прочитала!
Из-за деревьев, что росли вокруг корпуса, мерзко улыбаясь, выплыла Азалия и загородила мне дорогу. Две её подружки шествовали за ней, держа над ней широкий зонтик. Вся троица застыла прямо перед входом в корпус, и, чтобы войти, мне придётся прорываться сквозь них.
Я влипла! Чего ей надо? Как назло, рядом никого из студентов больше нет, а Тивадай остался в моей комнате в общаге! Меж тем, времени до начала занятий оставалось всё меньше.
Я глубоко вздохнула и обратилась к ней:
– Привет, Азалия. Что ты хочешь?
Глаза девушки нехорошо вспыхнули, но она пропела елейным голоском:
– Просто решила пожелать тебе доброго утра. Как ему не быть добрым, если наведываешься к ректору, верно?
Её подружки с готовностью захихикали и энергично закивали, а у меня нехорошо засосало под ложечкой. Кто-то из них за мной шпионил, спиной чувствую!
– Я заходила по делу, – сухо сказала я, – пропусти, пожалуйста. Я тороплюсь.
– И правильно делаешь, – расплылась в широкой улыбке Фернбах, – сегодня тебя ждёт… особенный день.
И – о чудо – посторонилась, освобождая мне дорогу. Я прошла мимо них, настороженно поглядывая на девиц. Вся троица ответила мне лучезарными улыбками, но от них сквозило фальшью.
Что это всё значит?
Глава 30
Слова Азалии, да ещё и произнесённые с такой двусмысленной улыбочкой, не давали мне покоя.
Пока я искала нужную аудиторию, и так, и эдак вертела их в голове, пытаясь угадать, что задумала Азалия, но ничего не вышло. Вариантов была целая куча: от намазывания стула клеем (точно магическим, другого тут наверняка не держат) до подкладывания под стул какого-нибудь взрывного, во всех смыслах, заклинания.
Погрузившись в эти размышления, я спохватилась на двух моментах. Когда поняла, что, слишком задумавшись, пошла не туда и вышла к какой-то подсобке, из-за двери которой торчали ручки швабр. И когда поймала себя на том, что все мои догадки относительно Азалии почему-то вертятся вокруг стула. Выходит, хмыкнула про себя, я намеренно отказываю ей в излишней сообразительности? Нехорошо.
Тут над головой пронёсся истошный вопль, и, вздрогнув от неожиданности, я рывком присела на корточки и закрыла макушку ладонями. Потом, вспомнив, выпрямилась.
Вопль банши вместо звонка. Личное нововведение командора.
– Тьфу, блин!
Командор Альварес точно хочет получить первых в Академии полностью седых студентов. Иначе я этого объяснить не могу.
Банши надрывалась над головой, пока я бежала по коридорам, старательно зажимая ухо свободной рукой. В другой я держала лист бумаги с расписанием, который мне заботливо выдал комендант Балла вчера. На другой стороне какая-то добрая душа (надеюсь, это был Иштван) догадалась разместить план коридоров здания с номерами аудиторий. Мне была нужна сорок седьмая.
Побегав по этажам, я вспомнила ехидно всплывший в памяти стишок про злого, обросшего густой бородой, мальчика, забытого в чаще леса школьной экскурсией. По счастью, меня эта участь миновала, и, свернув за угол, я увидела широкую дверь с массивными цифрами: четыре и семь.
Облегчённо выдохнула.
Заглянула в аудиторию, выдохнула снова: преподавателя пока не было, и студенты, рассевшиеся по местам, негромко шушукались. Иногда слышались всплески смешков.
Аудитория была большой и светлой, а вместо отдельных парт все сидели на длинных скамьях, придвинутых к таким же длинным столам, чьи столешницы были слегка наклонены.
Так, стоп, какой у нас там первый предмет по расписанию? Увлёкшись плутанием по коридорам и поисками аудитории, совсем забыла посмотреть.