Мои новоиспечённые однокурсники по-прежнему жались к стенкам, забравшись с ногами на парты. Один, правда, залез под свою, и теперь оттуда только сверкали его настороженные глаза. Эрнест Караш, про существование которого я и думать забыла, стоял у противоположной стены, но вся его напряжённая фигура говорила о том, что он готов в любой момент сорваться с места и ринуться в бой. Меж тем, конструкция из студентов и столов выглядела такой ненадёжной, что…
Бабах!
– А-а-а!
Я взвизгнула и подпрыгнула на месте; Иштван молча положил мне руку на плечо, успокаивая.
Две парты разъехались, и сидящие на них свалились на пол, образовав копошащуюся и отчаянно ругающуюся кучу малу.
– Встать! – рявкнул командор и повернулся ко мне. Его ярко-синие глаза метали молнии, а волосы были вздыблены, словно слепящее алое зарево вокруг головы.
– Сейчас все пойдут на следующую лекцию, а вы останетесь здесь, – прорычал Альварес, – и уберёте здесь всё, что наворотили!
Вот тебе и боевое крещение. Я с тоской обозрела расшвырянные по аудитории парты, стулья и книги. Над всем этим пейзажем задумчиво, как большие белые птицы, фланировали и не торопились спускаться, исписанные листы бумаги.
Сглотнула, представив себе масштаб работы. Ну, спасибо, Тивадай, удружил! Мстительно пнула воздух позади, надеясь, что хоть как-нибудь задену призрака, но тот даже не отозвался. То ли прикинулся валенком, то ли полетел по своим призрачным делам.
Со стороны студентов донеслось злорадное хихиканье и шепотки, а мою спину опять обжёг тот самый, уже знакомый, взгляд. Я почувствовала, как щёки заалели от обиды, и, выпрямившись, вздёрнула подбородок.
– Есть, Ваше благородие! – по-военному отсалютовала Альваресу, – приказано убрать – уберу!
И стрельнула победоносным взглядом в сторону хихикающих, демонстрируя, что все эти насмешки мне до лампочки. Командор ничего не ответил, только на скулах у него чётче обозначились желваки.
Смешки немного стихли, и студенты разочарованно, как мне показалось, принялись спускаться с парт, подбирать с пола свои книги и запихивать в сумки.
– А вы молодец, Василиса-тар, – негромко сказал Иштван, заставив меня вздрогнуть и вновь залиться краской, только уже от смущения, – не побоялись, показали характер. Теперь я за вас спокоен. Вы себя в обиду не дади…
Его вдруг прервал истошный вопль, словно стадо бешеных свиней решило, что сейчас самый подходящий момент, чтобы как следует проораться. Я взвизгнула от неожиданности и метнулась к Алдериану в поисках защиты; тот обхватил меня за талию и прижал к себе.
– Что-то вы поторопились хвалить вашу студентку, – насмешливый голос Альвареса перекрыл дикие вопли, – как же она тут собирается учиться, если испугалась обычного звонка?
Словно по мановению волшебной палочки свиньи умолкли, а мы с Иштваном уставились друг на друга. Потом синхронно посмотрели вниз: он всё ещё держал меня за талию, а я – цеплялась за его широкие плечи.
Пробормотав сбивчивое «простите», я отпрянула от него и отвернулась, не зная, куда деть глаза от смущения.
– Интересные у вас звонки, командор Альварес, – услышала я спокойный голос Иштвана, – это нововведение? Раньше не слышал. Испытываете студентов на прочность?
– Это всего лишь вопль банши, – отпарировал Альварес, – на прошлой неделе велел организовать. Им полезно будет уметь различать его… эй, Моравецки, а ты куда собрался?
Я посмотрела на дверь, за которой уже исчезали последние студенты, и увидела в их числе Роланда. Услышав оклик командора, он замер, обернулся и недоумённо ответил:
– На лекцию по Целительству, командор Альварес.
– Останешься здесь и вместе с Василисой разгребёте завалы, – распорядился командор, – ты тоже приложил руку к этому беспорядку!
– Чего?! – возмутился Роланд, – да я просто помочь хотел…
Что ему ответил Альварес, я не услышала, потому что меня кто-то тронул за плечо. Обернувшись, я едва не столкнулась с Иштваном. Язык у меня тут же прирос к пересохшему нёбу, и я не смогла выдавить ни звука.
– Вы хорошо справились, – повторил Алдериан, внимательно глядя на меня и явно не подозревая, что под взглядом его прозрачных глаз у меня начинается нервная дрожь пополам с бешеным сердцебиением, – я думаю, что могу быть спокоен за вас. Не волнуйтесь ни о чём и спокойно учитесь. Если что – помните, я всегда рядом.
По его тону я поняла, что он, похоже, собирается уходить, оставив меня один на один с новыми однокурсниками и командором Альваресом… но не буду же я требовать, чтобы он постоянно был рядом!
Я подавила горестный вздох. Не буду. А так хочется!
Иштван молча наблюдал за мной, и на его губах играла лёгкая улыбка. Не позволив себе утонуть в её созерцании, я выдохнула и преувеличенно бодро сказала:
– Всё будет в порядке! Спасибо, Арделиан-тар!