Тим отпрыгнул назад, споткнулся и уткнулся носом в огромное прямоугольное зеркало, сел на полу.
– О, трещинка! – выдохнул облегченно.
Едва касаясь, он провёл пальцем по тоненькой паутинке скола на раме старинного овального зеркала. Тут же заметил разноцветные пылинки, танцующие в луче закатного света. Проследил за их бесконечным отражением и уперся взглядом в собственное отражение крупным планом.
– Поры на носу… и ультрамарин на ухе? Как?!
«Так. Кажется, я нащупал настоящее, а не отражение! Не идеальный блеск, а шероховатости. Вот трещинка… она, как молния на зеркальном небе. А пыль… настоящая пыль! Как на зиккуратах… Куда она отражается? В бесконечность пылинок… Красота! Ага, вот и моя синяя краска. Ультрамарин? Нет, скорее кобальт… Хм, интересно, в каком отражении она ярче? Вон в том кривом зеркале мой нос красный… Ха! Как у клоуна! Нужно запомнить этот оттенок для карнавальной маски… Стоп, а где выход-то?»
Тим медленно повернул голову влево. И тут же на него «вывалилась» карнавальная феерия в отражении зеркал: искрящийся хвост костюма жар-птицы. Длинноносая маска, возникшая за спиной у одного из «Тимов». Блики разноцветных фонарей, помноженные на бесконечность, превратившиеся в ослепительные бури. А среди них ухмыляющийся Шут… Или нет, только одна его половина… Или это оскал?.. А то вдруг – вторая половина лица мсье Ренара – рыдающая маска Пьеро?
– Да что тебе от меня надо? – вскричал Тим ускользающему/растворяющемуся в бликах Трикстеру.
«Ртуть течет, но не вода. Ртуть блестит, но не звезда. Ртуть связует, что разделено. Ртуть – это ты, но ты – не она», – гулом-эхом морских волн разнеслось по Зеркальной Галерее и зазвенело самой тонкой струной.
– Тим-Тим-Тимми, я хочу, чтобы ты вспомнил! Вспомнил себя! Ты уверен, что настоящий?.. – с этими словами мсье Ренар исчез с полотна каждого из зеркал.
Тим с лихорадочно бьющимся сердцем, ощущая струйку липкого пота между лопаток, снова опустился на пол. Он попытался сфокусировать взгляд.
«Так. Вот она, трещинка-паутинка, дальше… влево – Карнавал, а вправо… геометрические тени, строгие линии, мерный блеск металла… Клокхолл! Мой Клокхолл! Значит, мне направо… Стоп! Это же зеркала… тогда – налево…»
Художник уже прыгнул влево, но вдруг замер. Из отражения на него смотрел растрепанный, весь в краске, парень с темно-серыми настороженными глазами. Слева от него – хаос цвета, движение, Карнавал! А справа… Клокхолл – Порядок? Или другой вид хаоса?
«Как часто я стою «между»? Мои отражения… какие из них настоящие? Прав мсье Ренар! Это, где я художник? Или это, где испуганный подросток? А тут – рассеянный мечтатель… Или это всё – маски… карнавальные глупые маски… Тогда какая моя? Или все?»
Тим снова сел, закрыл лицо ладонями и уткнулся головой в колени. Пальцы дрожали. Сквозь них просочилась капля и упала на пол…
– Хватит… хватит… ХВАТИТ! – сначала бормотание, потом истошный крик.
Молодой человек схватил скетчбук и швырнул в «ближайшее» отражение. Дзиньк… Взъерошил волосы… Засунул дрожащие руки в карманы. Там пальцы нащупали что-то родное и привычное – рашкуль! Он сжал его до боли и услышал собственный шепот:
– Вдох-выдох, вдох-выдох, вдох-выдох… Вот мой новый кед… В кармане – угольный карандаш… Он шершавится и цепляется пылинками за кожу… О, да, пылинки! В воздухе! Снова – рашкуль, его округлость и завершенность, более острый кончик. Он пахнет пылью и штукатуркой… Так, а вот капля – моя! Настоящая! Мокрая! Дыши, Тим, дыши. Так, вот пол. Твёрдый. Каменный! Дальше… Стена. Холодная, но не гладкая! Тоже каменная? Ага, значит, тут край…
– ТИМ! ДЫШИ! ЭТО – НЕ ТЫ! – голос Орисс, четкий и режущий. – СМОТРИ НА МЕНЯ!
Он поднял голову. В треснувшем зеркале – не он. Радужные глаза. Полные ужаса.
– РУКУ! ДАЙ РУКУ! Сюда! – команда пробила звон в ушах.
Он протянул руку… Стекло? Нет! Ладонь. Твердая. Теплая. ЖИВАЯ. Запах пыли, штукатурки… Орисс.
– ДЕРЖИСЬ!
Рывок. Боль в запястье. Мир схлопнулся. Кошмар отступил назад.
Он открыл глаза. Орисс. Бледная. Дыхание сорванное. Рука мертвой хваткой сжимала его. – Ты… цел? – ее голос хрипел. Он рухнул в объятия. Она держала его КРЕПКО, судорожно, дрожа.
***
– Ну-ну, – она отдышалась и печально улыбнулась. – Этот старый плут… кого угодно собьет с толку, но без него мир был бы куда преснее…
Постепенно краска возвращалась на лицо Тима.
– Кстати, а не наведаться ли нам в Квартал Равноправок? – Орисс подмигнула. – Нас там хотя бы накормят досыта.
Тим слабо ухмыльнулся.