Былые дни детей и псов: читать начало книги онлайн

– На-на словах-то все легко, но-но это еще надо сделать.

Се Яцзюнь развеяла ее сомнения:

– Пусть только не сделает! Тогда мы перестанем с ним водиться!

Лю Хо тотчас нашел кусок кирпича, встал на табуретку и без труда отбил уголок стекла. Затем он просунул в отверстие руку, на ощупь открыл щеколду и силой толкнул окно внутрь. Оно тут же открылось, выпустив наружу волну прохладного затхлого воздуха. Лю Хо попробовал протиснуться внутрь, но окошко и впрямь было слишком узким, туда не влезали даже его голова и плечи. Похоже, этот трюк действительно мог провернуть лишь Ячжоу.

Поначалу Ячжоу ни в какую не соглашался, яростно тряся головой наподобие китайского барабанчика. Малыш не переставая орал, что боится, к тому же он понимал, что если об этом узнает мама, то порки ему не избежать. Не так давно из-за случая с любимой рогаткой он уже почувствовал на себе ее твердую руку. Се Яцзюнь и Лю Хо принялись по очереди уговаривать малыша, обещая купить самых лучших сладостей.

И Ячжоу, можно сказать, почти поддался соблазну. Он заморгал глазками и стал в предвкушении облизываться, уже чувствуя вожделенный вкус леденцов. Однако он все еще не осмеливался решиться на этот шаг. Тогда Лю Хо сказал, что в награду за помощь он снова сделает для него рогатку, причем точь-в-точь такую же, как раньше. И только после этого Ячжоу кивнул в знак согласия. Как говорится, была бы выгода, найдется и желание. Однако, беря на вооружение это правило, дети зачастую перестают видеть опасности.

Бум, бум.

Бум, бум, бум.

Бум, бум, бум, бум, бум…

Трое ребят практически одновременно барабанили своими кулачками в обветшалую дверь с выведенным посередине красным крестом.

– Доктор, откройте!

– На помощь!

– Док-тор!

Только сейчас до ребят наконец дошло, что работавших в поселке двух босоногих врачей[15] уже давно перебросили на участок, где шло строительство дамбы. А самое главное, они увезли с собой самое драгоценное, что было в их медпункте, – аптечку, в которой находились и шприцы с иглами, и бинты, и пластыри, и бесценный пенициллин, и другие необходимые лекарства на экстренный случай. Этот обтянутый толстой кожей, словно сундук с сокровищами, чемоданчик, на лицевой стороне которого красовался ярко-алый крест – отличительный знак медперсонала, в минуту смертельной опасности являлся настоящим спасением.

Никакой обуви на маленьких ножках Ячжоу не было, он послушно снял свои ботиночки, чтобы без всяких помех пролезть в окошко. Левая ступня малыша была обмотана двумя носовыми платочками, которые Лю Хо связал между собой. Один из платочков Бай Сяолань еще совсем недавно преподнесла в подарок Се Яцзюнь. Рана на ступне малыша выглядела устрашающе, напоминая вывернутый наружу красный рот младенца, кровь из нее хлестала потоком, словно из неисправного крана. Девочки были так напуганы, что старались на его ногу даже не смотреть. К этому моменту их светлые платочки уже сплошь почернели от крови, прилипнув к подошве; глядеть на такое без слез было невозможно!

Случилось так, что Лю Хо встал на табуретку и, поддерживая малыша, принялся проталкивать его в окошко над дверью кладовки. Поначалу все шло гладко, Ячжоу не обманул их ожиданий и, словно ловкая обезьянка, протиснулся внутрь. Однако, когда подошел момент спрыгивать на пол, он по несчастью приземлился прямо на те самые осколки разбитого окна. Они оказались настолько острыми, что, словно ножи, глубоко вонзились в левую ступню малыша. Сначала мальчик изверг из себя истерические вопли, точно его убивали, но потом, то ли из-за притупившейся боли, то ли из-за головокружения, его плач вдруг ослаб. Теперь малыш только хныкал, причем урывками, словно беспомощный новорожденный котенок.

– Что делать?

– Что же делать?

– Что же теперь делать?!

– Ты онемел? Быстро говори, у тебя же было много идей!

– Еще немного – и мой брат умрет!

– Уу-уу.

– Уу…

Первой заплакала Бай Сяолань, к ней присоединилась Се Яцзюнь. Плачи девочек слились воедино и стали громче и пронзительнее, чем свист поезда. По счастью, на улице в этот момент никого не было, все взрослые ушли на переплавку железа. Глаза Лю Хо покраснели, зрачки его помрачнели, он напоминал загнанного в угол зверя и выглядел устрашающе.

– Хватит, хватит, перестаньте рыдать! Спокойно, дайте подумать, дайте подумать… Точно… точно… Я знаю одного ветеринара, он живет в деревне к западу от нашего поселка. Идем прямо сейчас к нему!

Эти слова были равносильны яркой вспышке молнии, неожиданно озарившей темную бездну.

– По-поедем на велосипеде, так-так будет быстрее! – проговорила Бай Сяолань, вытирая слезы.

– Да, да, да! Поедем на велосипеде! – подхватила Се Яцзюнь.

И все трое с малышом на закорках опрометью бросились назад к дому Бай Сяолань.

Практически одновременно они ворвались в темную кладовку. Лю Хо передал Ячжоу на руки Се Яцзюнь, а сам бросился вытаскивать на улицу старый велосипед. Однако на эту колымагу было страшно смотреть. Казалось, к велосипеду не прикасались сотни лет, он так заржавел, что теперь никого не слушался. Однако Лю Хо это не смутило. Стиснув зубы, он пустил в ход все свои силы и все-таки вытащил эту груду металлолома из кладовки. Примостившись на седле, он схватился обеими руками за руль и скомандовал:

[15] В Китае так называли крестьян, прошедших курсы минимальной медподготовки.