– Подымайся давай! Жрать тя более некому. Вставай, работы работай. Вона, всё развалилося.
Молчит мужик. Цыган к стене подошёл, на ходиках гирю подтянул, по маятнику щёлкнул. Говорит:
– Слышь, мужик, чегой-то мне энту крокодилу даже жалко. Привык к ей, что ли?
– Летось об энту пору уж снег случился, – говорит в стенку мужик.
Постоял цыган, ходики послушал. Да как тряхнёт вдруг лохматой головой, как крикнет:
– Йэх, чавэла!
Пробежал хлопками цыган по красной рубахе своей, по ляжкам, по сапогам: «Хоп, хоп, хоп!», сверкнул серьгой, а после треснул дверью и отправился в степи табор свой догонять.
Медведь-липовая нога
Жил-был медведь. Однажды на беду свою залез он в малинник, потоптался там всласть, да и залёг под валежник книжку с картинками листать. Он любил глядеть буквы, трогать лапой картинки. Эта французская книжка перешла к медведю от прадеда. Прадед медведя бродил по лесу вдоль большака, по которому отступала армия царя Буонапарте. Когда кто-либо из супостатов заворачивал с дороги в кусты, того медведь-прадед задирал. Так он партизанил, пока однажды из ранца гренадёра одного не вытащил книжку. Очень он книжку полюбил. Бывало, листает её с начала до конца, а после наоборот. Потом картинки понюхает, полижет корешок, вздохнёт и так-то уж невесть о чём размечтается. Всё собирался прадед-медведь книжку ту прекрасную съесть, чтоб не упёр кто, пока он спит.
Ещё он стал прислушиваться, как эти басурмане чудно друг с дружкой балакают. Медведь стал повторять, запоминать. И вот однажды будто развиднело вдруг, вдруг кое-что понятным сделалось.
– Стало «мерси» по-ихнему, по-нашенски в аккурат «спасибочки». Так. А вот «жаме» – это уж точно «никоды». Ишь как заворачиват! – радовался башковитый прадед-медведь. И всему, что знал, правнука научил и книжку завещал: из потомков-то один правнук сильно смекалистым уродился, остальное же потомство, как обычно, – налопался и дрыхнуть. И не стало у медведя-правнука большей охоты, как залезть куда-нибудь в холодок, достать книжку и глядеть. Хоть так, хоть ногами вверх.
Так вот, залез он однажды в малинник, малины наелся, а потом с книжкой задремал. А тут какой-то мужик с топором. Глядит мужик – лапы с когтями из-под валежника торчат. Хвать топором по одной, за шерсть уцепил и ходу. Прибежал в деревню, ввалился в избу, насилу отпыхался:
– На, старуха! Студень варить станем. Чесноку-то не жалей давай.
Старуха обрадовалась, шерсть ощипала, чтобы из неё ниток напрясть, носки тёплые вязать. А лапу в котёл.
А медведь ревел, ревел да угомонился: рёвом тут не пособишь. Зализал рану и надумал ногу себе смастерить. Отыскал подходящее дерево, заломал и сладил липовую ногу с клю-кою в придачу. Хороша вышла нога – глаз не оторвать. Всё бы ладно, да мужик тот проклятый из ума нейдёт.
– Я те налажу! – не выдержал медведь и отправился в деревню мужика ловить. Прихромал к околице, стучит клюкой в дверь первой избы. Заскрипела дверь, а за нею мужик, но другой. Ахнул другой мужик, хотел дверь захлопнуть, да медведь не дал, липовую ногу в щель сунул.
– Слышь, ситуаен,[9] где тута у вас мужик проживает? Противный такой. Он мне, вишь ты, ногу оттяпал.
– Знать ничаво ня знам! – трясётся другой мужик, изловчился, липовую ногу выпихнул и дверь на засов.
Осерчал медведь, по деревне бредёт, по плетням клюкой постукивает, ворчит:
– Ишь ты, ня знам! Так животную околечить! А опосля – ня знам! Всё одно сыщу! У меня на того гадкого мужика антюисьён[10].
Деревня вся попряталась, а мужик с бабкой медведя не видят, студень варят. Глядь в окошко, а там медведь уж дверь дёргает. Пискнула бабка и под кровать полезла. У мужика ноги отнялись, стоит, что мертвец, посреди горницы.
– Бонжур[11], хозява! – переступает через порог, стучит деревянной ногой медведь.
– Чаво? – будто не узнаёт медведя мужик.
А медведь дверь на щеколду, рядом на сундуке присел, липовую ногу напоказ выставил. Говорит:
– Да ты присаживайся, мон шер[12], покалякаем.
Дед в дальний угол забился. Сидят, молчат. Медведь клюкой по липовой ноге постукал, мужику подмигивает.
– Чаво? – ломает дурачка мужик.
– Хороша нога-то? – усмехается медведь.
– Котора нога?
[9] Ситуаен – гражданин.
[10] Антюисьён – интуиция.
[11] Бонжур – здравствуйте.
[12] Мон шер – мой дорогой.