– До встречи, – повернул Кром налево.
Я, Люнея, Грон и Карни шагнули внутрь общежития, холл которого был завален горой вещей, а посреди нее сидела группа первокурсников. Как мы это поняли? Вид у них был ошарашенным, а лица незнакомыми.
– Мэй, Теонола, – поздоровались мы.
– Амто, мей, тумгуутую[2]! – ответила она, оторвавшись от тетради. – Не толпитесь, идите к себе. Настоятельно приказываю правила повторить!
– Повторим, – заверил Грон, пропуская нас на лестницу.
– Знаю, как вы повторяете, – тяжко вздохнула Теонола, покачивая головой, и выдала стоящей группе ключи, а следом протянула им тетрадь для подписи. – Мне в этом году как раз помощник… – сказала она и с прикидкой посмотрела на меня с Карни и Люнеей, – или помощница нужны.
– И вам хорошего дня, – поспешила унести ноги Карни. Мы последовали ее примеру и быстро побежали по лестнице вверх.
Распахнув дверь комнаты, я шагнула за порог:
– Мэй, Хелена. Обнимать не стану, если только сама не попросишь.
– Не переселили? – протянула соседка, которая в этот момент причесывалась у зеркала.
– Не дождешься, – ответила я и прошла на свою половину комнаты.
– Слышала, всех членов Логова прикрыли.
– Надеюсь, это так.
– А ты у нас теперь звезда, – ухмыльнулась Хелена и послала ко мне газету, лежащую на покрывале ее кровати. – На. Третья страница.
Под заголовком «Чего хочет дочь Кутха?» красовался мой портрет, а ниже автор статьи, представившийся как Мэлтумгытум[3], во всех подробностях выставлял меня защитницей выскочек и слабоодаренных, чьи права ущемляют.
– Щавель кисленький! Я не давала никакого интервью, – сказала я и вернула газету Хелене. – Многие этому верят?
– Достаточно, чтобы всколыхнуть волну интереса, – лучезарно улыбнулась Хелена.
– Но я не собираюсь защищать ни чьи права!
– И при этом ты продолжаешь открыто выказывать неприязнь к идеальным, – сказала Хелена и отложила расческу в сторону. – Или за время каникул что-то изменилось?
– Разве вы перестали воротить носы? – Я скептически посмотрела на соседку и прошла к шкафу. – Мы можем все исправить.
– Интересно… – с любопытством привстала Хелена.
– Готова появиться за обедом под ручку? – лучезарно улыбнулась я ей в ответ.
– Слава Кутху, я еще не выжила из ума, – закатила Хелена глаза, расправляя невидимые складки на безупречной мантии. – Кто-то и вовсе не верит в тебя… точнее, в существование дочери Кутха. С поимкой членов Логова молва о тебе хоть и не утихала, но явно уменьшилась. Не давай лишних поводов, и все быстро забудут про эту статью.
– Если автор не опубликует новую, – отметила я, направляясь в ванную. – Зачем он это делает? Может, это член Логова?
Хелена пожала плечами:
– Возможно. Идеальные не стали бы писать подобное. В общем, если этот «дружок» опубликует новую, обратись к Крену Рубену. Уверена, он сможет угомонить этих писак.
– Обязательно воспользуюсь советом, – фыркнула я и поспешила освежиться с дороги. До встречи с друзьями оставалось совсем немного времени.
– Куда торопишься? – спросила Хелена, когда я вышла из ванной.
– В библиотеку, а ты ходила?
– В отличие от некоторых, я заехала еще вчера. Поэтому, да – в библиотеку сходила и мерки на новую форму подала.
[2] Здравствуйте, друзья (Амто – приветственное обращение к мужчине; мей – приветственное обращение к женщине; тумгу – друзья, тую – вы).
[3] Мэлтумгытум – (с корякского языка) лучший друг.