– Эй, нам еще заселиться нужно, книги получить, – всполошилась Клера.
– Завтра первые занятия, не хочу на них носом клевать, – надула губки Люнея.
– Я с дороги устала, – пожаловалась Карни.
– Жуть жуткая! – вскричал Грон, вскинув руки.
– Что? Где? – вздрогнули мы с девочками.
– Не, ну Грон прав, вы чего такие нудные? – серьезно посмотрел на нас Кром.
– Ничего мы не нудные, – обиделась Люнея и отошла от Грона. – Отметить можно в выходные, а не в первый день.
– А кто говорит, что отмечать мы будем сегодня? – надувшись, сказал Кром. – В выходные, так в выходные, это даже лучше.
На том мы и закрыли нашу занимательную дискуссию и поспешили к остановке. За разговорами и постоянными остановками Крома двери колес закрылись прямо перед нашими носами, и олени отправились по маршруту. Пришлось дожидаться следующих.
– Вот смотрю на Клеру и думаю… А вы пытались на каникулах сменить ипостась? – спросил Грон, загадочно поглядывая на нас. – Ты так посветлела.
– Только заметил? – поправила прическу Клера. Волосы подруги переливались серебром, как и ресницы с бровями, а сама она вытянулась в росте и сильно похудела. – Воздушники не меняют ипостась, – пояснила Клера. – Мы вступаем в связь с воздушной энергией, отчего наши тела становятся более гибкими и легкими. Так нам проще чувствовать колебания и работать в тандеме с куропаткой. Кстати, в этом году…
– Пробовала? – перебил ее Грон.
– Пробовала, – нервно дернула она уголками губ и потупила взгляд.
– Еще как пробовала, – громко засмеялся Кром. – В такой узелок закрутилась!
– А сам-то! – не сдержалась Клера. – Я его на завтрак пришла звать, а он под одеялом прячется. Подушку в меня запульнул. Вы думаете, я от него отстала? Нет, – хищно оскалилась она. – Я не сдалась и вытащила его наружу, – теперь смеялась Клера, что аж слезы на глазах выступили, а брат молчал. – И что думаете? У того бивни вылезли, а уходить не хотели.
– У меня только перья повылазили, два дня потом дома сидел, ждал, пока исчезнут, – признался Грон, пытаясь поддержать друга, мол, не у него одного не вышло.
– И у меня дальше перьев ничего не зашло! – Признание Карни вышло чересчур радостным. – Как же хорошо! Хоть не у одной меня не получилось!
– Да, это успокаивает, – понимающе хмыкнула Люнея. – У меня только ноги в вороньи обернулись. Так больно было, – вздохнула она.
– Это же опасно! – охнула я и покачала головой. – Если бы что-то пошло не так, вы могли застрять в полуобороте, тогда…
– И это нам говорит человек, который уже самостоятельно менял облик. Сама, небось, уже за считанные секунды справляешься, – нахохлился Грон. – Нам тоже охота.
– Полегче! – пихнула Карни Грона и посмотрела на меня, прикусив губу. – Слушай, а правда, быстро выходит?
– Или ты реально не пробовала? – скептически посмотрел на меня Кром.
– Пробовала, но не вышло… больше не пыталась, – пожала я плечами. Не хотелось грузить всех переживаниями, ведь перед тем как сменить ипостась, я вижу белую вспышку, забравшую пиявку, и выпадаю из оборота. К тому же и про пиявку друзья не знали, а рассказывать им сейчас – момент неподходящий. – Давайте о чем-нибудь другом…
– Готовы к очередному году жаришки? – быстро нашелся Грон. – Со стадиона и корпуса смены ипостаси точно вылазить не будем.
– Не люблю я все эти упражнения! – печально протянула Люнея.
– Милая, как ты без стоек Преображения творить будешь? – спросил Грон, умиленно сложив ладошки у груди.
– Вот так и буду, – отвернулась она и заметила приближающиеся новые колеса. – Мы поедем с девочками, а вы отдельно.
– Но я так по тебе соскучился, – протянул Грон. – Не хочу с тобой расставаться ни на минуту! Твои Преображения самые прекрасные, талантливые, яркие… Ну самые-самые!
– Остановись, – строго сказала Люнея, но уголки ее губ приподнялись. – Хорошо, поедем вместе.
В подошедшие колеса мы расселись группами: я, как и год назад, вместе с Кромом и Клерой, а в соседних колесах – Люнея, Грон и Карни.