— А ну‑ка, успокоились, — рыкнул я. — Фот, что у тебя там за события? Что ТАКОГО случилось?
Взгляд ушастика метнулся ко мне.
— Ты не поверишь, — глаза коротышки буквально засверкали от радостного возбуждения. — Нас по Черноморскому каналу показали! Прям газеты вместе с сайтом!
— По какому каналу? — я нахмурился, пытаясь вспомнить название. — И что именно сказали?
Фот покосился на блондинку, чьё лицо сейчас отражало заинтересованность. И внезапно обнаружив возможность произвести впечатление, сразу же затараторил.
— Про гоблинку и её спасение. А ещё про мирный марш кобольдов, — на лице ушастика появилась ироничная усмешка. — О том, как они дали отпор наёмникам.
— И блогерка там ещё была, — добавил, показавшийся во дворе, Гоша. — Из Краснодара какая‑то. Анна Бело… Бело что‑то там.
Лидер моих славных гоблинсов, на одного из двух своих фактических заместителей сейчас смотрел без особого одобрения. Я бы даже сказал, с некоторой завистью. Видимо, не ожидал, что вместе со мной на базу заявится эффектная блондинка.
Что логично — я специально не стал сообщать никакой конкретики. Лишь указал, что со мной будет трое новых гостей. За которыми будет необходимо присматривать и плотно опекать. Иначе тут сейчас собрались бы все коротышки отряда, жаждущие познакомиться с внезапно возникшей в воротах девушкой. А Орина в руках бы держала совсем не полотенце. Скорее уж помповик.
Хотя у Гоши ведь есть каторжанка. У Фота, вроде бы, тоже была. Или нет? Сложно — честно говоря, я запомнил лишь женщин Кэпа и Гоши. А вот кому достались ещё две каторжанки, уверен на сто процентов не был. К тому же с момента той памятной вечеринки, как мне казалось, гоблины успели несколько изменить «схемы взаимодействия» с женским полом. В том плане, что каторжанки запросто могли сменить партнёров.
— Анна Бе‑ло‑лю‑то‑ва, — по слогам проговорил Фот, победно воззрившись на блондинку. — Это она всё замутила. Сначала ролик записала о том, как нашим женщинам хреново живётся. А потом вовсе заявила, что по указу императора от двадцать четвёртого года, все подданные империи имеют право на жизнь и равны перед законом. В том числе гоблинки.
Черноморский канал. Я вроде вспомнил — был тут такой. Когда-то создавался, как локальное медиа для одной из губерний, а потом разросся на соседние. Сейчас трансляция шла на приличной территории. И онлайн они выпуски делали — там тоже зрителей тоже было прилично.
— Коротко изложи в письменном виде и отправь, — посмотрел я на Фота. — Предложение по реакции с нашей стороны тоже подготовь.
Ну а что? Хватит уже постоянно подбегать ко мне и орать «ахтунг». У меня физически времени не хватит, чтобы постоянно голосом общаться. Это сейчас рядом не так много персоналий, которые внимания требуют. В будущем это наверняка изменится. Пусть учатся азам управленческой науки.
— Будет сделано, — на секунду зависнув, Фот склонил голову. — Помощь с нашими гостями не нужна? Я с радостью.
Ну да — я ж указал, что за этой троицей нужно присматривать. Телефоны я у них уже забрал. Вернее, они в машине остались, которая стояла во дворе редакции. Вместе с револьвером кудряша. Отпечатки там только его. В случае чего, именно парня за яйца и возьмут.
— Пока нет, — посмотрел я на ушастика. — Для начала мне с ними нужно поговорить. Наедине.
— Вот как? Совсем одному? — по ступенькам крыльца сошла Орина. — Наедине?
Короткие шорты, футболка на голое тело, полотенце перекинутое через плечо. Вот вроде ничего опасного, правда? Но глаза сверкают так, что хочется немного отодвинуться. Или наоборот, утащить орчанку в спальню. Вот да — вторая опция, пожалуй выглядит куда интереснее. Жаль прямо сейчас не получится.
— Исключительно по делу, — шагнул я навстречу свенге, смотря ей в глаза. — Важному.
— Вот это у меня сейчас мозг лагнул, — сбоку послышался голос Арины. — Двое зелёных выясняют отношеньки. Жаль не заснять.
— Колени прострелю, — посмотрела на неё Орина. — А потом в проливе утоплю.
Как у блондинки брови вверх резво поползли. Похоже реально удивилась — даже не отреагировала никак. Молча стоит и глазами хлопает. Кудряш тоже чуть растерялся. Вроде и заступиться надо, но с другой стороны — угрожает тоже женщина. Ступор. Такое бывает, когда человек идиот. Если кто-то твоему близкому хочет колени прострелить, какая разница, что у него между ног? Тебе-то всё равно нужно целиться в голову.
— Она просто пришибленная чуть, — покосившись на блонду, я вздохнул и вернул внимание на орчанку. — Но безобидная.
— Чтобы ты скуфнулся в тридцатник, зелёный, — возмутилась иллюзионистка. — Я не пришибленная. Просто живу по кайфу.
— Эт она чё щас сказала? — с опаской глянув на новенькую, Гоша коснулся пальцами рукояти пистолета. — Прокляла тебя штоль? Может в брюхо пальнуть?
Какая-то у неё не слишком адекватная реакция на угрозы физического насилия. Вот, снова на гоблина уставилась и молчит. Как будто не знает, как именно реагировать.
— Всё, — я тихо рыкнул, оглядывая собравшихся во дворе бойцов. — Успокоились и разошлись. Фот — на тебе предложения по реакции. Гоша — проверь заявки от покупателей на добычу. Йорик — составь смету на свою мастерскую.
Да, кобольд тоже был здесь. Застыл в стороне, разглядывая новых гостей. Да и прочие постепенно подтягивались.
— Всё готово, наставник, — проскрипел бронированный буддист. — У вас на почте. Как только закажем и доставят, я готов приступать.