— Доброй ночи, — я послал воздушный поцелуй и закрыл глаза, откидываясь на спинку дивана.
— Добрых снов, дорогой мой.
Она ушла, оставив меня наедине с моими кошмарными мыслями. Мозг кипел, не в силах переварить все, о чем я думал. Перед внутренним взором возникало то заплаканное лицо Виоленны, то испуганный взгляд Фрозеса, то экипаж стражи, в котором моего родного брата увезут из дома навсегда. Но в то же время я видел и себя на его месте, и это до отчаяния пугало. Я не был готов к тому, чтобы занять место преступника, будучи невиновным.
Верил ли я в то, что Фрозес причастен к убийству нашего отца? Безусловно. Он часто говорил о том, что займет его место. Я всегда думал, что он имел в виду мое нежелание жениться, то теперь все встало на свои места. Фрозес давно решился на то, что сделал три года назад, и если не сам, то по желанию Виоленны. Эти двое заслуживают наказание, а мне остается лишь молиться, чтобы Элли заговорила.
Мои молитвы не были услышаны Создателем. По крайней мере так я решил, когда в мои покои среди ночи бесшумно вошла заплаканная Ася.
Я не спал, даже не дремал. Допил к тому времени вторую бутылку вина и сидел на диване, глядя на не затопленный камин.
— Вэйтер, — выдохнула девушка, растерянно глядя на меня. — Она ничего не помнит.
Ее слова пробежались мурашками по моей коже. Паники не было, я ведь весь вечер готовил себя к тому, что могу оказаться в темнице. Но мне было страшно за Риту, она ведь даже не подозревает, что ждет нас завтра.
— Я ее все спрашивала и спрашивала, задавала самые разные вопросы, аккуратно, чтобы не обидеть. Но потом я спросила прямо, помнит ли она дедушку-графа… Элли сказала, что помнит, как он возил ее в город на праздник. Она помнит только это!
— Присядь, — я похлопал по дивану рядом с собой. Руки нервно подрагивали, так что мне пришлось спрятать их в карманы. — Завтра, когда приедет Горден Лакс, мы не упомянем об Элли. Я возьму на себя ответственность объясниться перед Горденом…
— Вы дрожите, Вэйтер. Вам страшно?
— Неважно. Не перебивай, прошу. Вчера я заявил на право наследования графством, в причинах указал, что обвиняю своего брата и его супругу в убийстве Райтуила Бронта. Я так же упомянул Жана в причастности к смерти садовника, и это обвинение мы докажем. Я отведу Гордена на могилу Гая. Так же я вписал и доктора Майла в свое заявление, обвинив его в том, что он преднамеренно вредит здоровью ребенка. Ты должна отдать мне настойку, которую он дал тебе… Давай.
Ася быстро вытащила пузырек из кармана и сунула мне в руки с таким отвращением, будто только что держала ящерицу, а не бутылочку с настойкой.
— Как я могу вам помочь?
Я с трудом заставил себя посмотреть в глаза девушки. Синие, яркие, в них можно было утонуть и не жалеть об этом… Но сейчас я видел в них такую страшную боль, что у меня самого замирала душа. Я бы ни за что не простил себе, если бы с Асей что-то случилось…
Резко поднялся с дивана и ушел в кабинет. Там, не думая, вытащил из стола чековый бланк и вписал в него половину от всей суммы, что лежала в банке на моем счете. Если меня арестуют, я буду уверен в том, что Ася обеспечена до конца жизни, а если нет… Я постараюсь сделать так, чтобы эта девушка однажды стала моей женой. Что там говорила Рита - я нравлюсь Асе? Что ж, я никогда не разбирался в женщинах, так что поверю своей подруге на слово, ей лучше знать.
— Возьми это, — я передал чек Асе, вернувшись на диван. До утра не собирался покидать это место.
— Такую же бумажку вы дали Велле… Это деньги?
— Если завтра меня арестуют, принеси это в Королевский банк. Ты можешь снять всю сумму сразу, если захочешь…
— Я не могу…
— Ася! — я прикрикнул шепотом, но девушка все равно вздрогнула. — Это меньшее, что я могу для тебя сделать.
— Мне не нужно столько денег просто так. Вэйтер, я ведь вас даже не спасла! Я попробую поговорить с Элли снова. только боюсь, что она уже спит… — Ася вскочила и заметалась по комнате. — Я разбужу ее. Я обязательно поговорю с ней снова!
— Останься, — я перебил стенания девушки тихим голосом, но она услышала. — Останься до утра, а когда приедет Горден, не выходи из моей комнаты до тех пор, пока я не вернусь. Поверь, завтра никому не будет дела ни до завтрака, ни тем более до чистоты подоконников. Когда… Если меня арестуют, объясни всем, что произошло, ладно? Хотя бы Сэну, а он пусть все расскажет другим. Не обязательно говорить правду, просто скажи, что я не виновен, они поверят. Я никогда не лгу.
— Хорошо, — девушка быстро закивала, всхлипнув. — Я не хочу, чтобы вас арестовали. Это неправильно!
— Если это случится, значит, такова воля Создателя.
— Создателя?! — Ася негромко взвизгнула и со злостью сказала то, что на несколько минут выбило меня из равновесия. — Этот ваш Создатель ни за чем не следит, он меня убил и отправил сюда! Боже мой, да он даже прощальные подарки делает дебильные! Ну какая орхидея? Она погибнет у меня быстрее, чем расцветет!
Ася возмущалась так натурально, будто и в самом деле видела Создателя… А потом, когда она упомянула орхидею, я в ужасе понял, что Ася ничего не придумывает.
— Ты… Ты не из Аберголя, так?
Ася замолчала на полуслове и взглянула на меня со страхом. Зажала рот ладонью, что вызвало у меня истерический смех. Девушка из другого мира… Хотя, чего я удивляюсь? Вэйтер Бронт не мог влюбиться в обычного человека, только не в этой жизни.
— Вы… знаете о других мирах?