В сарай вломился Лева.
— Твою мать! — в пару шагов настиг их. И, потянув Кристину за руку, помог ей подняться. — Какого хера здесь случилось?! Стас? — парень опустился на колени возле друга, и мягко похлопал Холодного по щекам, — брат? Ты слышишь меня? Сука… Стас, блядь! Ты меня слышишь?!
Слышит ли? Возможно.
Сквозь толщу непонятных звуков до него доносились голоса. Где-то там: очень и очень далеко.
— Он не слышит, — прошептала Кристина, обхватывая голову руками. — Не слышит…
Вздрогнула, когда дверь снова распахнулась и туда вошёл один из кураторов. А вместе с ним и звук приближающейся сирены.
Всё обойдётся. Обязательно.
Пожалуйста.
Глава 55
— Жесть, конечно, — посетовала Таня, — я всё понимаю… но чтобы так? О чём он думал вообще?
— Не уверена, что он в этот момент о чём-то думал, — Кристина нервно провела пальцами по волосам. Посмотрела на уходящий с остановки автобус и тяжело вздохнула. Оттягивала время. Думала, что это поможет ей как-то. Надеялась, что визит в больницу пройдёт без потерь…
В ушах всё ещё звучали слова Артёма. Слова, которые не укладывались в голове. Она, если честно, дар речи потеряла, услышав это! Не ожидала.
Давая показания, она несколько раз ловила себя на мысли, что её вины здесь нет. А потом снова возвращалась к самокопанию. Ела себя изнутри, приходя к выводу, что её молчание всё только усугубило.
А сейчас? Что сейчас?
Поздно.
— Скажите, где я могу написать заявление? — Поинтересовалась у дежурного в отделении. Неловко пряча глаза и дыша через раз.
— М? — достаточно молодой парень в форме уставился на неё равнодушно. — Что там у вас?
Уже тогда можно было догадаться, что всем плевать.
— Изнасилование, — тихо пролепетала после затянувшейся паузы. — И, может, преследование. Шантаж?
— Изнасилование? — хмыкнул дежурный и, взяв у себя со стола лист бумаги передал ей его через арочное отверстие в стекле, — пиши.
— Спасибо, — Кристина подвинула к себе лист и взяла протянутую ей ручку.
Её рука застыла над бумагой. Зависла в воздухе, так и не начав писать. Чувство стыда заставляло сердце биться о рёбра с сумасшедшей скоростью и силой.
— А… как? Не подскажите? Или, может, есть какой-то пример?
Парень тяжело вздохнул. Скепсис на его лице говорил сам за себя.
— Девушка, — обратился к ней, — вы у врача были? Когда это случилось? Просто по вам так и не скажешь, что вы жертва изнасилования… — и произнёс это так громко, что Кристина едва не провалилась под землю. Поджав плечи, обернулась, чтобы понять, как много людей слышали это. Но, кажется, всем было плевать.
— Давно… — несмело прошептала. — Я не подумала. Но…
— Ну и что вы от меня теперь хотите? Чтобы мы на основе ваших беспочвенных обвинений дело завели? Доказательства? Есть?
— Нет, — жалобно. Сдерживая подступившие слёзы. — Нет… но он теперь меня шантажирует. Фотографиями…
— Послушайте, девушка, — эти вздохи… возможно, они прорабатывают годами. Чтобы дать людям понять, какие они букашки, — не морочьте мне голову. И не тратьте время, — он поднялся со стула и, протянув руку, забрал из Кристининых пальцев лист бумаги и ручку, — ну, вы же не маленькая. Сами всё понимаете. Не будет никто шить дело без доказательств. Это делается по горячим следам. Случилось? Сразу надо приходить. И к врачу на снятие улик. Биоматериала… понимаете? А теперь что? Фото? Ну куда мы эти фото пришьём?
Губы задрожали. Кристина, цепляясь влажными пальцами за стойку, почувствовала такую беспомощность, о которой даже не подозревала.