Куда больше, чем девочка в чулане, Юлю беспокоила пропавшая сестра. Майка-Майка, где ты?
Словно и не было: кровать в комнате одна.
Но ожившая память подкидывала воспоминание за воспоминанием.
Майка — вечная проблема, хвостик недовольной Юли. Захочешь — не отвяжешься. Стянутое одеяло, когда так хочется понежиться подольше. Майка забиралась под одеяло и, как назло, прижималась ледяными ступнями к Юле: поднимайся, засоня!
Майка — хочу две, две косички, а не одну!
И вечный спор, не поддающийся логике: я старше, я в мае родилась, а он раньше июля. И никакие четыре года разницы не в счет.
Майка-торопыга, ее действительно ждали в июле. Мама шутила: что ж мне, вторую дочь Юлькой называть? Но младшая, словно не желая повторять за сестрой, преждевременно родилась на излете весны.
Сколько раз Юля мечтала: не будь сестры, жилось бы проще. Но вот Майки нет, и пусто. Как она могла раньше не заметить?
И что Юля скажет маме? Потеряла сестру…
И спросить не у кого. Не у статуи же в чулане!
Озарение, как ему и положено, настигло внезапно. Рухнуло на голову, как скомканные вещи из шкафа. Бубенмэн! Бубенмэн ведь говорил что-то о потере!
Юля наскоро закрыла чулан, вернула ключ на место и бросилась в коридор. Лишь бы он еще был там, в маленькой комнате через зал.
Рывком распахнув дверь, Юля влетела в дурацкую штору, запуталась в ней так, что в комнату вкатилась кубарем. Ушибленное колено саднило, но это мелочи. Вот он, на стене, причудливо расписанный бубен. Обескураживающе плоский.
— Здрасте, — полувопросительно выдала Юля. Никакого ответа. — Просыпайтесь! Мне правда жаль, что я на вас наорала.
Бубен оставался бубном. Может, нужно в него постучать? В бубны ведь бьют, да?
Мысли метались, Юля цеплялась за них, как космонавт, уплывающий в открытый космос. Потому что, если не действовать, придется признать, что ей до одури страшно.
Лыжи? Нет, не подойдут… А вот эта странная палка, скипетр какой-то, вполне. Юля сжала его обеими руками и замахнулась.
— Просыпайся, говорю!
— Типичный человек: чуть что — сразу драться. Никакого воспитания.
От неожиданности не успевшая ударить Юля разжала пальцы и получила по ноге импровизированной колотушкой. Поджала ушибленную ногу, едва не упала снова.
Натянутая на обод кожа вспучилась, под узором проступило недовольное лицо. Второй раз это шокировало не меньше, и Юля заорала бы, но вместо этого выпалила:
— Я нашла, нашла, что потеряла!
Бубенмэн скептически вскинул бровь:
— Тогда почему ты еще здесь?
— Потому что не знаю, где искать.
— Так нашла или потеряла?
— Потеряла, я сестру потеряла! Где Майка? Вы знаете?
— Понятия не имею, — отрезал бубенмэн, и лицо его начало опадать, всасываться в разглаживающуюся кожу.
— Подождите! — В горле встал ком, голос сорвался. — Я нашла девочку в чулане! Но это не моя сестра, не Майка…
Бубенмэн замедлился, а потом и вовсе проступил четче, снова обернулся лицом: