Вадим сам того не подозревая имеет слишком сильную власть над моим телом. И это напрягает.
Очень.
— Расскажи мне про Игнатова, — требует властно мужчина.
— Нет! — продолжаю противиться. — Не расскажу!
Уххх…как же мне тяжело!
Я не могу! Не могу все рассказать! Неужели не ясно? Игнатов и без того жаждет свести со мной счёты! А если Богданов узнает правду… Это будет конец и для него!
— Вадим, при всем уважении, — пытаюсь хоть немного смягчить свой отказ. Не успеваю. У Богданова звонит телефон.
Он смотрит на экран, хмурится. Поднимается из-за стола, направляется в сторону выхода. На мгновение задерживается напротив меня.
— Я поел, — говорит сухо. — Благодарю за компанию, — сдержанно кивает. — После ужина жду тебя в своем кабинете. На разговор.
Безапелляционный тон. Строгий взгляд. И требование, которому невозможно не подчиниться.
Вадим уходит. В столовой я остаюсь совершенно одна.
С тяжёлым сердцем доедаю свой ужин, убираю со стола тарелки. Пытаюсь максимально оттянуть момент.
Дела заканчиваются. Нелепые отмазки тоже. Я тяжко вздыхаю. От неизбежности не уйти. Я могу сколь угодно долго пытаться сохранить компромат на Игнатова в тайне, но есть одно огромное и невероятное Но.
Я работаю на друга Вадима. Доступ к моей рабочей учётной записи и ко всем хранящимся на ней документах есть не только у меня.
От правды мне не уйти. Богданов все равно обо всем узнает. Ему банально о произошедшем расскажет Марк.
Выбор не велик. Собираюсь с мыслями. Принимаю решение. Оставляю на столе нетронутым то, что не успела убрать.
Подхожу к кабинету, три коротких стука в дверь, сердце пропускает пару ударов.
— Входи! — раздается из помещения.
Делаю глубокий вдох. Открываю дверь. Переступаю порог кабинета.
— Ты хотел поговорить. Я пришла.
Глава 26
Ксюша
Вадим поднимается со своего рабочего места, обходит стол, отодвигает для меня кресло приглашая присесть. Прохожу в кабинет, выполняю бессловесное требование мужчины. Сердце тревожно бьется о ребра, но я держусь. Как могу.
— Я рад, что ты решилась на разговор, — произносит вернувшись к себе за стол. Ставит локти на лакированную деревянную поверхность, подаётся чуть вперёд. — Поверь. То, что ты расскажешь, останется строго за стенами этого кабинета. Тебе нечего бояться, — заверяет меня.
Если бы так не волновалась, то обязательно сказала колкость в ответ.
Надо решиться. Просто сделать всего лишь один шаг.
Самый сложный на свете.
Я должна довериться постороннему человеку. Несмотря на то, что Богданов отец моих дочерей, он именно таковым для меня и является.
Смотрю на сидящего напротив мужчину. Он молчит. Не давит. Ждёт.
Ловлю себя на мысли, что на суровом мужском лице нахожу много до боли знакомых черт. Щемит в груди. Мои девочки… Мои малышки… Когда мы с вами увидимся вновь?
Ладно. Все. Хватит бояться!