Мой язык находит ее соски, я втягиваю их в рот и нежно касаюсь их зубами. Лана хнычет мне в волосы, держа мою голову.
Я отстраняюсь, затем поворачиваю ее так, что ее спина оказывается вплотную к моей груди. Теперь струя теплой воды падает на ее киску. Она откидывает голову на мою спинку, и тут до меня внезапно доходит, что она уже была в такой позе раньше. С Коулом в кресле с откидной спинкой. На мгновение я сомневаюсь, продолжаю ли я, и она как будто слышит мои мысли и опасения.
— Пожалуйста, не останавливайся, Каллум. Вытесни воспоминания, — умоляет она, тяжело дыша.
Ей не нужно просить меня дважды. Я продолжаю.
Я хватаю ее за гладкие полные груди и покручиваю соски, покрывая нежными поцелуями ее шею. Мои руки скользят вниз по ее мягкому животу, и мои пальцы, наконец, оказываются между ее бедер. Она напрягается и резко вдыхает. Я жду. Она расслабляется во мне, и тогда я начинаю раздвигать ее киску, скользя пальцем вниз по центру, скользя к ее входу, затем обратно вверх, обводя кругами ее клитор. Лана стонет и поднимает руку вверх и назад, обхватывая ею мой затылок. Я продолжаю рисовать легкие круги вокруг ее клитора, пока вода стекает по ее чувствительной плоти.
— О, Каллум, — шепчет она с тяжелым вздохом.
Осмелюсь сказать, доставлять ей такое удовольствие приятнее, чем любой оргазм, который я мог бы испытать. Я настолько тверд под ней, что это причиняет боль. Мои пальцы на ней ускоряются, а затем я медленно ввожу в нее два пальца. Она делает еще один резкий вдох и издает еще больше звуков удовольствия.
— Мммм.
Я погружаюсь в нее пальцами, одновременно занося другую руку, чтобы продолжить тереть ее клитор. Теперь она извивается, и ее тело начинает подчиняться движениям моих пальцев, погружающихся в нее и выходящих из нее.
— О Боже, Каллум, я сейчас кончу, — кричит она. Я целую ее в шею, затем нежно прикусываю, когда она полностью расслабляется. — О, Каллум, черт, о Боже, да, — стонет она и начинает дрожать, тело сотрясается волнами, когда она достигает кульминации на моих пальцах внутри нее. Ощущая, как она сжимается вокруг моих пальцев во время оргазма, мой член пульсирует и угрожает выплеснуться наружу.
Все ее тело расслабляется подо мной, и я вытаскиваю из нее пальцы. Я подношу их ко рту и сосу. Чертовски божественно. Я мгновенно становлюсь зависимым от ее вкуса. Я хочу большего, но не осмеливаюсь настаивать. Она выдыхается и безвольно ложится на меня. Я целую ее в висок.
— Я люблю тебя, — шепчу я в ее волосы.
Она издает тихий смешок:
— Я люблю тебя, Каллум. Так сильно.
Мы не торопимся, набираясь сил, затем ополаскиваемся и выходим из душа.
Остаток дня и следующие пару дней мы, кажется, не можем оторвать друг от друга рук. Хотя дальше поцелуев, прикосновений и ощупываний дело не зашло. Я знаю, она не сожалеет о том, что мы сделали в душе, но я думаю, что следующий шаг может ее немного обеспокоить. Поэтому я жду, когда она сделает этот шаг.
Наконец-то наступили выходные, и я всегда рад этой части недели, когда мне не нужно оставлять Лану на работе, и мы просто проводим вместе весь день, смотря фильмы и заказывая еду на вынос. Как будто мы в нашем собственном маленьком мире. Я бы не хотел, чтобы было по-другому.
Я никогда раньше не испытывал такого уровня счастья, и все это благодаря ей. То, как она любит меня, всего меня, даже мои сломанные грязные части тела.
Если это сон, в котором я живу, то я надеюсь никогда не проснуться. Я оставила кошмарный сон и погрузилась в самую удивительную любовную фантазию, которую я никогда не могла себе представить.
Каллум — самый милый, вдумчивый, самоотверженный мужчина, которого я когда-либо встречала. Иногда мне хочется проклинать тот день, когда меня похитили и моя жизнь перевернулась с ног на голову, но потом я думаю о том, что никогда бы не встретила Каллума. Теперь, когда я знаю его, теперь, когда он у меня есть, я не могу представить себе жизнь без него. Смогла бы я действительно вернуться и терпеть жестокость Коула, если бы это означало, что я в итоге останусь с Каллумом? Ответ трагически прост.
Да, я бы так и сделала.
Я бы снова все это вытерпела ради него. Может, это и пиздец, но я как будто нашла недостающую частичку себя, и любовь, которую он мне дарит, наполняет золотом все мои щели. Я люблю его. Я люблю его больше, чем считала возможным.
Каллум был так терпелив ко мне и моему выздоровлению, и это только заставило меня еще сильнее влюбиться в него. Я и раньше испытывала к нему сексуальное влечение, но никогда не действовала в соответствии с ним. Я боялась, что испорчу момент, если не буду по-настоящему готова и поддамся импульсу. Но видя его в душе напряженным и одиноким, скользким от воды, стекающей по его твердой фигуре и мышцам, я почувствовала болезненную боль. Внутри меня щелкнул выключатель, и я хотела, нет, мне нужно было показать ему, как сильно я его ценю и люблю.
Я изо всех сил старалась вместить его всего в свой рот, но он, казалось, не замечал, когда я сосала его, пока он не кончил. Было так чертовски эротично наблюдать, как этот большой, сильный мужчина сдается на мою милость и достигает кульминации от моих прикосновений. Это захватывающая сила, и было невероятно приятно ощутить такую силу после того, как я чувствовала себя такой чертовски слабой и бесполезной в течение тех месяцев, проведенных в том домике.
Я могла сказать, что Каллум изо всех сил старался не брать контроль в свои руки, но он сопротивлялся и позволил мне насладиться этим моментом.
Затем он поцеловал меня.
Все на нем тугое и твердое, но его губы на ощупь как шелк. Это вызвало каскад ощущений во всей моей нервной системе. Он воспламенил меня своими сочными губами.
Затем его руки, наконец, коснулись моего тела, ощущая себя сильными и опьяняющими, и, Боже мой, я никогда в жизни не кончала так сильно. Я хотела начать все сначала и сделать все это снова.
С той ночи я снова и снова прокручиваю это в своей голове.