Пока одни нас развлекали милой беседой, другие кое-как навели порядок и даже поисковую экспедицию за сбежавшей живностью отправили. Видел что-то кричащего и активно жестикулирующего асимметричными руками болезного, который что-то рассказывал очень серьезному и могучему воину. Судя по морщинкам на лбу, которые видны даже с расстояния нашего каменного завала, рассказывали чистую правду, впрочем, как обычно, но болезному не верили, а зря. Есть такие моменты, когда нужно просто принять на веру, иначе потом влетит ещё больше.
Ветер снёс мою вонючую бомбу, и почти ничего теперь не беспокоило местных, решивших вновь заняться нашим выманиванием. Если броситься толпой, то наверняка схватят, но будут жертвы. Знай они о моей звёздной крови, то скорее всего напали бы, не считаясь с потерями, но терять людей в обмен на трелей не хотели.
Часть отряда исчезла, видимо, ловить и возвращать ездовых животных. Наверняка сразу изловить сбежавших в панике питомцев не удастся, и у нас есть немало времени на уговоры. Как-то ориентироваться и запоминать руны, которые всё равно собираешься отдать, было лень. Хотя нет, вру я себе. Мне просто не хотелось этим заниматься. Я вообще мог эти руны отдать через сто лет, или даже через миллиард, пока победоносный будет с другого конца Единства топать. И конечно нужно всё посмотреть и зучить, просто мне лень этим заниматься, как обычно. Пробежался глазами по интересным вещам. Было множество самых приятных и непредсказуемых штуковин, но конкретно сейчас они категорически не подходили. Почти все руны были боевые, причём требовали двух вещей, либо защиты, либо особого развития тела. У поддельного рикса было серебряное тело и, наверняка, нужные параметры, а для особо весёлого, вроде сферы духов, у него есть золотая броня, защищающая его от действия собственной руны. Не зря он её тогда одел, прежде чем бестелесных сущностей выпустить, да и меня они наверняка покусали, не будь в моих руках мобильного подавителя Тархана.
Сухой огненный ливень. Ранг золото. Цен активации двести шесть капель звёздной крови. Квадрат со стороной в двести шагов вокруг вас засыпет сухой дождь из… Дальше шли знаки вопросов и небольшой кусочек текста, что будет гореть даже камень. Два ключевых слова: «вокруг вас» и «будет гореть даже камень». А место где я стою? Скорее всего тоже засыпет. Если вокруг враги, а у тебя есть одежда-золотяшка, то нормально, но прямо сейчас совсем не подходила. Ещё одна: Липкое гниение. Ранг серебро. Вязкая жидкость падает вертикально вниз, знаки вопроса, двести шагов вокруг вас. И для этой нужен костюм химзащиты. И ещё, и ещё одна похожая. Везде без разбора сыпалось, лилось и жгло. Были удары молнии и искривления гравитации. Эти вроде как по конкретной цели, но я помню свою молнию, когда на море запускал. Тогда я во всей округе рыбу оглушил, по мачтам корабля искры бегали, у команды волосы дыбом встали, а по цели так и не попал. Не сильно-то и отличалось, если просто по площадям лупить. Никого из своих не покалечил просто по случайности.
Из серебра и бронзы, конечно, можно было выбрать подходящее, просто поразило количество рун, которые индивидуальной защиты требуют. Видно, связка из золотого доспеха и возможности лупить всех вокруг без разбора себя отлично показала. Были кинжалы, огненные шары, камни, злые растения и ещё много чего. При этом надо было учитывать, что почти под всеми рунами стояли отметки, что они улучшенные или требовали некого развития тела, которого, разумеется, у меня не было.
Серебра и бронзы было немало, но столкнулся с тем, что это или что-то ультимативно-убивающее, вроде огненного дождя, от которого камень плавится, или штуки вроде кувшина, из которого вода или вино льётся, в зависимости от желания хозяина. Была коробка, аналог моей корзинки удовольствий, где жратва хранится, нескольких рун со сменной одеждой и даже мебель. Хорошие и очень удобные руны, но кусками жареной рыбы в аборигенов я пока кидать не собирался. Хмыкнул пришедшей идеи. Под действием чёрной Руны тысячекратного усиления швырнуть кусок копченого мяса можно, и я тут всё разнесу так, что хорошо, если кто разбежаться успеет, но я никого убивать не хотел. Это новый опыт. Шугнуть банду в три десятка рыл конвенциональными способами и максимально демонстративно-показательно.
Увидел одну интересную козявку. Мост страсти. Руна предмет. Время действия нет. Ранг-золото. Активация — четыреста пятьдесят капель звездной крови. Время перезарядки двадцать пять древодней. А дальше шло описание: Мост из хладонита в пятьсот шагов, знаки вопроса, будет петь песню под ногами и окутает холодящим теплом, если вы желаете, знаки вопроса, никто не сможет, знаки вопроса, вино, знаки вопроса, смотровая площадка на цитадели встреч, знаки вопроса, защитные големы будут оберегать ваши, знаки вопроса.
Я на половину лётчик и отлично определяю расстояние. Это как раз соседний холм, с той стороны завала камней, потом глубокая, с очень быстрым течением река, где бурлили перекаты, потом ещё один завал и каменистый склон холма, где как раз мои пятьсот шагов и завершались. А что? Идея. Сделать мост и перебежать на сторону, руну убрать. Показать неприличный жест и пусть погоняются. И ещё посмотрим, как они будут через холодную речку перебираться.
Для чего победоносный такую держал? Ценность, наверное, очень большая, раз требует такого количества энергии на запуск. А вообще удобно, перекинул через ущелье, перебежал, отозвал. Полтысячи шагов — очень неслабо. Если у тебя нету возможности это расстояние перелететь, то быстренько навести переправу на такую длину нелегко. Ладно река, можно переплыть, а если ущелье или над лавой? С такой руной можно с одной вершины горы на другую ходить или в осаждаемый замок через стену воинов протащить.
Хладонит — это всегда очень холодно, и сколько в тепле продержится? Пишут, что времени действия нет и такой мост может целую вечность простоять, пока не дезактивируют, а реально? Руну можно сломать. А сама может сломаться? Например растаять? Думаю, немного продержится, пока я гадости буду делать, ведь всё так серьезно, руна золотая, и такие высокие ранги и цены запуска.
Бам, и возник мост. Знаю что хладонит, но я бы сказал, из гранёного стекла. Не часто, но видел посуду с множеством граней из настоящего хрусталя. Красиво, очень дорого и крайне нефункционально. Простой стакан из пластика или небьющегося стекла можно было получить везде, в любом автомате по разливу напитков, но ценилась именно ручная работа мастера. Если такой стакан падал, но почти наверняка разбивался. Такую посуду использовали в самых дорогих ресторанах, на приёмах, когда командование решало наградить бойцов лично, и мне приходилось заказывать себе в репликаторе новый парадник, пару раз видел такую посуду в гостях, когда был в доме у Цая и ещё у одного товарища азио. Смысла именно в таком гранёном произведении искусства небыло, но азио обожают сложные формы.
Горбатый мост, длины как обещали, появился между верхушкой холма за рекой и нашей возвышенностью, за завалом камней, где мы сидели и откуда вели переговоры по поводу своего пленения. Что ещё сказать? Как в картинках к сказочным книгам. Шириной шагов в двадцать, почти прозрачный, с красивыми перилами и множеством статуй воинов, вырезанных из такого же холодного материала, украшали его, стоя вдоль перил. Посередине, на самой верхотуре горба, находился крошечный замок, и чтобы выйти на ту сторону моста, нужно было пройти через пару ворот и зал. Несмотря на то, что замок был всего два десятка шагов, и занимал всю ширину моста, но украшений на него навешали как на взрослый. Чего только не было. И шпили, и смотровые микробашни по бокам, резные балконы, терраса, и даже имитация городской стены. Всё это конечно в гранях, покрывавших всю площадь поверхностей.
Дунуло холодом. Подруга что-то пробурчала про фантазию, взрослые отношения между мужчиной и женщиной и просто женщину, в социальном плане совершенно некультурную и невоспитанную. Именно так она оценила уровень мастерства местных мостостоевцев, вложивших уйму труда и материала в сиё творение. Мы побежали. Аборигены, раскрыв рты, смотрели на возникший над их головами огромный и прозрачный мост, и он действительно пел. Язык исполнения целого хора мужчин и женщин был незнаком, но музыкальное сопровождение прямо отличное. Под романтику самое то, но пронеслись как можно быстрее и заскочили в прозрачный замок.
Для местных всё было неожиданно, и никто не успел нам вслед ничего швырнуть или пустить руну. Окна замка были полностью прозрачны и не имели граней, через них мы поглядывали на наших пленителей, а они на нас. Потом вопль, и началась погоня. Я примерно прикинул, что при любом раскладе успею добежать до той стороны моста и убрать руну в скрижаль. Если кто-то и упадёт с высоты, не успев за нами, то это его проблемы. Аборигены подбегали.
Помню, как-то шли мы по одному заблёванному орбиталу, живущему безнадёгой. Райончик из нижних ярусов по внешнему сектору. Самое днище. Нас было всего трое, а встречала нас делегация человек в пятнадцать местных бандюков. Что-то они, наверное, в темноте коридоров недоглядели или информацию им слили неточную, но задумались. С нами тогда был парень из десанта. Штурмовик первой линии, со всеми протезированиями и модификациями. Три сердца, дублированная кровеносная и нервная система, кости протезированы специальными высокопрочными сплавами, и даже за брюшиной находился вживлённый слой ткани, которую используют для защитной брони, и она может выдержать пули, осколки, и даже удержать удар шипастой лапы не сильно громадной азур-твари, при удаче, конечно.
Он тогда спокойно спросил: «Вы правда хотите попробовать?». Наверное, не хотели. Нам ничего не сказали, а просто убежали. На мой взгляд, именно это воспоминание подходит лучше всего к тому, что происходило сейчас.
На встречу аборигенам, которые почти подбежали к мосту, шагнула одна из статуй. Ледяное существо мост не покинуло, но стало терпеливо ожидать приближающихся. Шестирукий крепыш держал в нижних руках большой топор на длинной рукояти, а в верхних очень недобро изогнутые, узкие и длинные клинки. Аборигены бежали-бежали, немного не добегая моста толпа разделилась, дорожки людей сделали загибы на тех, кто побежал влево и вправо, окончательно вывернув полукруг, не останавливаясь, убежала обратно в подлесок, из которого и вели дипломатические переговоры ранее. Все было очень быстро, буквально бегом. Страж шагнул обратно, восстанавливая симметрию замерших вдоль перил прозрачных воинов.
Мне в ухо дышала Длань. Её намерение было очевиднее очевидного и иного трактования не подразумевало. Лёгкое музыкальное сопровождение, мешать нам некому, никого чужого шестирукий сюда не пустит, кстати, в углу стоял столик с парой бокалов, кувшином и что-то ещё. Единственной проблемой было то, всё надо делать прямо на прозрачном полу. Меня завистливые взгляды аборигенов не смущали совершенно. Мне на них плевать. Кстати, через гранёные стены можно разглядеть только контуры. Меня смущал именно состав материала моста. А именно, как задницу не отморозить. Подруга была в теле рыбы, ещё и глубоководной. Она может неделю в ледяной воде плавать, а я как на хладоните всё это буду делать?
Ха, неожиданно. Мост обжигал холодом и грел одновременно. А ещё мост давал воздействие на разум. Это было не нападение, а именно аккуратное давление. Нежный массаж того, что у тебя в голове. Моя ментальная защита позволяла противостоять всем этим воздействиям и мосту, напевающему любовные песни, меня не пронять, если я этого захочу, но вот зачем сопротивляться сейчас? У меня голова деревянная, и я слышал и ощущал, но не был подвержен больше, чем сам этого хотел, а вот на наёмницу подействовало ощутимо. Мне надо было только не сопротивляться.
Может быть, мы используем мост не по назначению, и здесь должны вдохновляться певцы, поэты и великие творцы, получая удовольствие от мыслительного массажа и придумывая гениальное за стаканом вина, но мы поступили как тупые животные, которых приперло так, что совсем невмоготу. Кстати, столик с вином здесь был, и балкончики для любования видами имелись, а кровати нет, только прямо на полу. Вроде всё. Длань бы ещё на второй заход пошла, но вначале надо до того края моста пройти, и хоть посмотреть, что там. А вдруг лужа с рглуусглами, и надо будет ещё подумать, как мост покинуть.
Было прямо видно, с какой неохотой подруга покидала гранёный ледяной замок, и тащилась за мной, но, как только перешли на другой край моста и сошли на твёрдую землю, подруга аж выдохнула:
— Хух, вот это вштырило. У нас в каждой аптеке продавались таблетки для повышения чувственности. На верхних ярусах только по рецептам, а там, где я жила, везде, и даже в большем ассортименте. Утром, как попустит, так потом сама не понимаешь, как так можно было начувствоваться, и наверняка неделю болеть будет. Не, я туда только если бегом пробежать, с одного края на другой.
— Это ты про мозговое воздействие? Такое сильное?
Подруга изумлённо посмотрела на меня:
— Архераильчик, а ты как себя чувствовал? — как то, с подвохом, спросила наёмница.
— Мог и закрыться, но смысла нет. У меня кроме симбионта ещё много защит, но какие, сам не знаю, как у дикого восходящего, только понимаю примерно, что и как, даже названий нет, куча всего отросло, и только знаки вопроса.
Про двести разветвлений я не говорил, но было понятно, что моя голова гораздо деревянней чем у подруги. Про то, что при смерти теряются атрибуты связанные с телом, но переносятся атрибуты ментальности и прочие, связанные с мозгом, и хранятся они в симбионте, подруга, разумеется, была в курсе и сама таскала свой набор развития от одной потери тушки к другой. Откуда у меня защита была — очевидно. Кстати, у Длани подобная защита тоже имела очень неслабый уровень, и надо ещё постараться, чтобы к ней в мозги просто так сунуться.
— Эти кел, наверное, специально себе такой мостик сделали, чтобы взбодриться. Поставил над живописной речушкой, вытащил руну-кровать и отдыхай. Наверняка у них защиты неслабые, а если атрибуты, то отключить не получиться. Вместо таблеток мост давит, когда сам проникнуться не можешь.
— А если кровать из руны надо приносить, то зачем столик с вином и жратвой оставили? — искренне удивился я.
— Архераил. Ты правда думаешь, что я знаю? В душе не кидала, что у них в голове, когда такое делали и почему кровать надо с собой приносить. Я просто так сказала.