План номер ноль: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Телесная эфемерность. Руна умение. Ваше сознание может проделать большой путь и коснуться тех, чьё тело разделено с разумом сновидениями. Нет плоти, которая может ранить душу, и нет души, которая сможет причинить вред плоти, но вы можете.

Руна предмет — Термическая смарт граната с палкой и верёвкой. Описание гласило: «Всё вы и так знаете. Статус дерево. Активация две капли звёздной крови. Время действия нет. Время перезарядки пять древодней».

Полигон Воображения. Руна — существо, статус бронза, активация одна капля звёздной крови, время действия — до выполнения задания или провала, время перезарядки сто один древодень. У каждого восходящего должен быть учитель, который будет его наставлять на путь возвышения и давать задания, которые можно преодолеть только справившись со своим страхом. Будьте осторожны. Только тот, кто готов перейти через свои возможности может одолеть чудовище из тёмных и потаённых глубин вашего разума.

Руна мгновенного уродливого роста, которая преобразовалась из амулета Нимфеи, под действием моей чёрной руны.

Ошейник Златоглазки остался со знаками вопросов, но теперь я мог его применять.

Добавилось хранилище. Не без дополнительных условий, но судя по описанию, привязано к душе и теперь будет со мной постоянно. Подарочек тем, у кого гроб в зоне для любимых гостей расположен.

Мобильный подавитель, который мне Тархан подарил. Руна-предмет. Набор Шестиугольников из рук Великого Мастера — звучало гордое название. Статус бронза, активация пятнадцать капель звёздной крови, время действия нет, энергия заряда шесть часов, перезарядка пять древодней, радиус действия десять шагов. Описание гласило: злое и беспощадное устройство мучительно убивает все бестелесные сущности ввергая в панику. Только самые сильные могут устоять, но даже они ощутят боль.

Я понял, как решить проблему с переходом. Лучше сдохну, чем испорчу что-то из своей коллекции ненормальных рун, зато у меня есть восстановимый ресурс. Другого оборванца мне взять негде, зато как выращивать чёрные руны я знаю. Представил как Капюшон сейчас рыдает. Не помешала бы встреча с говорящей Головой, чтобы понимать уровень ценности своего варварства, но я определился с кандидатом. Моя черная руна у наблюдателя называлась бы золотом. Я с бронзы получил целых пять капель, а золото лучше. Разделил руну истинной преданности, на шесть частей, и пока она не схлопнулась, кнопкой разломать, испортил одну штуку из великих ценностей. Мне плюхнулось целых шестьдесят капель звёздной крови, увеличив мой запас, который теперь будет всегда со мной и понемногу пополняться. Ого! Это я безграмотный раньше был, а теперь умный до жути и такие вещи придумал. Чтобы третий не сделал ничего неожиданного и не помешал, я приказал ему стоять, и не делать ничего, чтобы не произошло.

Медленно поднял руку и используя баллистические расчеты моего симбионта, вдох-выдох, замер, и сделал выстрел. Просто вибрация ствола, дрожь руки и ещё несколько десятков факторов даёт определенный процент попадания. Если ты с первого выстрела попал из короткоствола на сотню метров врагу в глаз, то либо шанс один на миллион, или вообще стрелял в пах или в рядом стоящего негодяя, просто так тоже неплохо. Мне потребовалось пять выстрелов, прежде чем пуля с расстояния двухсот метров разнесла кувшин.

Во все стороны повалило множество злобных призраков, готовых рвать и кромсать плоть. Третий мотал головой, что так точно не надо, но подчинялся моей команде и стоял, ожидая распоряжения начальства в виде некого Архераила. Семьдесят капель очень мало, но для моего плана вполне достаточно. Раз уж я стал пользоваться местными возможностями, и прямо-таки великий магистр рун, то такого телохранителя себе прихвачу обязательно. А потом сделал огромную гадость и материализовал шестиугольник из рук великого мастера. Та самая штука, которую мне Тархан подарил. И попытался шагнуть внутрь зала, но был схвачен крепкими сильными руками. Третий держал меня и не пускал к призракам.

— Хорошо, — легко согласился я, и отдал предмет в руки оборванца. — Раз так переживаешь, то сам иди.

Третий глянул в сторону сгрудившийся около нашего входа толпы бестелесных сущностей и шагнул в проход. Он, конечно, готов жертвовать собой, но в планах было меня вывести из склепа, но раз я такой неумный, то он выполнит приказ, а я скорее всего издохну от череды бесконечных перерождений и невозможности покинуть это место.

Шаг внутрь, к призракам. Шестиугольник штука злая и ультимативная. Описание гласило, что в радиусе десяти шагов причиняет страдания и уничтожает бестелесные сущности. Лицо третьего осталось безэмоциональным, а в глазах прям читалось, что он это делает, потому что приказ — есть приказ. Шаг через невидимую линию, ограждавшую нас от беснующихся призраков.

Ну что сказать? В описании шестиугольника было четко прописано по поводу страданий. За свою службу на флоте много раз видел, как войды шарахались, когда пролетая через пробои пространства, оказывались внутри корабля, прямо около шестиугольников мобильных подавителей. Никто никогда не поймёт страданий бестелесной твари, столкнувшейся с подобным устройством, но вопль был такой, что я, с двумя сотнями разветвлений в ментальном дереве, упал, пронизанный болью. Даже Третий припал на одно колено. Половину призраков разнесло, а остальная металась, пытаясь занять самые дальние углы зала и вопили в ужасе.

Как шёл не помню. Просто помню сильные руки оборванца, приподнявшего меня, и волокущего к переходу, а по всему залу орали в ментальном поле и рвали мозг, умирающие призраки, которых мял и калечил мобильный подавитель. Мерцание перехода и давление в голове моментально стихли. С ментальным давлением и выходом мы решили, и даже Третьего мне удалось вытащить, но вектор проблем не стал меньше, просто слегка поменял место, в которое готов воткнуться. Мы оказались выброшены посреди плоскогорья, вокруг была ночь и шёл бой.

Глава 2

Невинная беременная дева

Лучи сжигающего света, стрелы, летевшие словно выстрелы из крупнокалиберных комплексов, лёд, огонь, камни и руны валились с неба. На обороняющихся прыгали руны- существа, убивая и калеча. Люди с крыльями пикировали, летали в высоте, проносились совсем низко и крутили бочки, нанося огромный урон. Вокруг лежало множество тел. Среди обороняющихся было довольно много Восходящих и просто воинов, но оборона была разрозненная, спонтанная и откровенно бестолковая. Любые организованные очаги сопротивления сразу привлекали внимание и жестоко подавлялись.

Обороняющиеся на земле вели огонь массированно, но почти безрезультатно. Птицы налетали стремительно, оставляя после себя убитых и разрушения. Некоторые из них на дальних подступах уже садились и сцеплялись с немногими оставшимися в живых бойцами врукопашную, разрывая тела. Стрелы и руны пускали в небо пачками, даже видел вокруг несколько штуковин, что могли быть машинами, исполняющими обязанности ПВО, но они молчали, а вокруг них валялись груды тел людей и истерзанных тауро.

Иногда люди с крыльями срывались вниз, хватали разбегающихся, а потом взлетали ввысь. Было видно, как они нетерпеливо и жадно жрали своих жертв, вгрызаясь в шеи, отрывая целые пласты мяса со спины, рук и ног кричащих несчастных, а потом бросали истекающего кровью с высоты, и устремлялись за новой едой.

Молодая девушка дикарка, с острыми ушами и ритуальными татуировками, с достойными формами, проглядывающимися под ладно одетой бронёй, орала и очень грамотно руководила на небольшом куске каравана, подпихивая тех, кто не понимал, что делать и организуя защиту от нападения с воздуха. В этом месте было плохо, но не так как рядом. Крылатые наносили урон, но издалека, и пока их удавалось держать на расстоянии.

Здоровенные мужики и женщины — воительницы слушались её команд беспрекословно, но тупили и не всегда понимали, что именно надо делать, тогда команды дублировали по возможности тактильно. Она металась между людьми, как гражданскими, так и воинами. Команды были понятные, короткие и информативные, но отличались крайней степенью отсутствия культуры и некрасивыми выражениями, словно она не в лесу Единства родилась, а на нижних ярусах гиперполиса. Народ искренне старался и делал что мог, но враги были сильны и пришли убивать, без вариантов. Девушка увидела меня, на долю секунды заметил удивление и даже изумление в её глазах, а потом она подбежала крикнула:

— Паука запускай!

У неё было имя Длань и очень весёлая причёска в виде окрашенных в разные цвета волос. Я ни разу не видел, чтобы так обращались с волосами в Единстве, зато подобные причёски были популярны в кварталах, где живут отморозки и прочие отбросы общества, согнанные цивилизацией в отдалённые районы.

— У меня звёздной крови нет.

— Сюда давай, — заорала она на глобише.

Промелькнула мысль, что эта руна, просто как план номер ноль, всегда единственный, и такой хороший, что другие планы даже никто придумывать не пробует. Эта недоделанная машина у меня брала на абордаж пиратские корабли, таскала полудохлых тавров и побеждала великих восходящих, при совсем непобеждаемых условиях. Я отдал руну, а через мгновение обозревал мир визорами камер боевой машины. Теперь всё потом. Тарантул поднял кривой ротор и открыл огонь по пикирующим крылатым. Под крики наёмницы, трое крепких воинов схватили штуки побольше и стали прикрывать меня от ударов, посылаемых с неба. В руках у одного оказался кусок борта телеги, из массивных досок, второй держал большую и плотную охапку сена, на которую была наброшена шкура, а третий бегал со здоровой руной-предметом Щит из рук неумелого мастера. Мастер может и криворукий, но щит был в рост человека и отлично удерживал стрелы и небольшие шипы, летевшие вниз.

Молчаливый оборванец вытащил из ближайшей телеги что-то массивное и металлическое. Про назначение не скажу, но было очень похоже на противень, только из металла толщиной в фалангу пальца и размером в полроста человека. Штука тяжеленная, но наверняка прочная. Вряд-ли кто-то смог так непринуждённо таскать и тем более активно пользоваться как щитом, но у Третьего физических возможностей было с избытком. Я пригнулся, чтобы меня было удобней прикрывать и слился с управлением машиной, смотря визорами целеуказания боевого паука, открыл огонь.

Мой любимый тарантул появился как всегда с дефектом, в виде завала двух стволов. Для ближнего боя и точных выстрелов — это плохо, а вот для зенитного боя, когда надо покрыть всё небо, самое то. Люди с крыльями носились и убивали, чувствуя свою безнаказанность, быстро проскакивали, метая оперённые шипы, стреляя из луков и кидая руны. Крылатые непредсказуемо маневрировали, и почти уверен, что для многих виражей использовали звёздную кровь, потому что ни одними правилами аэродинамики такие выкрутасы не объяснить. Это всё уже симбионт просчитал и сбросил мыслеобраз с выводами.

Паук открыл огонь. Разогнанные до гиперзвуковых скоростей стрелки из ротора с парой заваленных стволов давали красивую огненную полоску и огромный конус вокруг. Четвёрка стволов металась, ловя в свой огненный столб одного за другим крылатых, а конус заполнял полнеба, попадая всюду и отваливая кусочек счастья даже тем, кто совсем не рядом пролетал. Красиво. Когда стрелял из тарантула в прошлые разы, расстояния были меньше, стоял день, скрывая красоту горящих росчерков воздуха, идущих за летящими стрелками, которые от трения о воздух раскалялись и сами начинали светиться, улетая, казалось, в стратосферу яркими точками.

Когда столб огня пересекал крылатый силуэт, то возникало облако из ошмётков, перьев и мелко дефрагментированых лоскутков. Из тела выбивало целое облако бурой взвеси, основная тушка летела к земле, описывая дугу, а из облака попадания валились клочки, какие-то быстро, а какие-то чинно летели, показывая, что принадлежали крылатому хозяину. Иногда симбионту удавалось подольше удержать огонь на пернатом, и тогда в воздухе оставался жирный след из ошмётков, который валился вниз, показывая красивую дугу, по которой падал носитель всех этил лоскутков, костей и прочих разбрызганных биологических жидкостей.