Она провела меня к входной двери.
— Большое вам спасибо, я вам очень благодарна.
— Ну, что ты, передавай привет своему отцу, — женщина открыла мне дверь, я вышла и остановилась, прямо перед нами стоит Давид, только напротив двери в свой пентхаус.
Когда дверь открылась, он обернулся.
— Софья? — удивлённо нахмурился.
— Давид, здравствуйте, что же вы не закрываете вентиляцию? — заговорила дамочка, вылезая вперёд меня.
— А что случилось? — он недовольно осматривает мою грязную пижаму.
— Ваша дочь чуть не погибла!
— Моя дочь? — хмурясь, перевёл взгляд на соседку.
— Папа, прости, я искала серёжку, пришлось пролезть по вентиляции, — играю роль, которую себе придумала.
— Пожалуйста, будьте осторожны. Это очень опасно, — снисходительно улыбается Давиду соседка.
— Обязательно будем. Спасибо, что впустили в свою квартиру мою дочь, — вежливо улыбнулся Давид.
— Ну, о чём вы, мы же соседи, всегда протянем руку помощи, — эта престарелая леди, кажется, с ним флиртует.
— До свидания, — я кивнула и пошла к двери Давида. Он пропустил меня внутрь квартиры, ещё раз кивнул соседке, вошел и закрыл за собой дверь.
Как только она хлопнула, я быстро пошла к своей комнате. Но за спиной послышались торопливые шаги. Давид схватил меня за руку и толкнул к стене. Я прижалась спиной, а он навис надо мной, практически придавил к стене своей грудью.
— Сбежать от меня хотела? — прорычал мне в лицо, схватив за лицо и сдавил пальцами скулы, — ты хочешь, чтобы я привязал тебя, Софья.
— Вы не смеете меня тут удерживать? — прошипела я.
— Ещё как смею, — его яростный взгляд прожигает меня, испепеляет.
— Отпустите, — пытаюсь высвободить руку и из больного захвата.
— Мне придётся поторопить дело, раз ты такая строптивая, не умеешь сидеть на месте да Софья.
— А вы бы сидели, если бы вас должны были отдать какому-то зеку? — яростно отвечаю, выкручиваясь в его руках.
— Я бы не сидел, — улыбка дьявола пересекла его губы.
— Вот и я не сижу! — фыркаю ему в лицо.
И чувствую, как горячая кровь несётся по моим венам, опаляя тело изнутри. Прямо сейчас в его практически объятиях я горю. Что-то странное происходит с моим телом. Как в те моменты, когда смотришь любовное кино и когда герои целуют и обнимают друг друга, точно такое ощущение сейчас во мне.
А Давид яростно дышит, надо мной и я вижу то, чего он, возможно, не хочет, чтобы я видела. В его глазах я вижу нестерпимое желание…
— Вы же сами меня хотите, — насмешливо проговорила глядя ему прямо в глаза, — тогда зачем отдавать Бесу?
— Я тебя не хочу, — прохрипел мне в губы.
— Тогда зачем вы меня держите? — чувствую, как он с силой стягивает кулаком кофту на моей груди.
— Не держу, — медленно отпускает, — пошла в свою комнату.
Я хмыкнула и высвободилась.