— Не дрейфь, Краб, — усмехнулся Рив, выглядывающий на улицу, — У нас всё схвачено. План верняк, а с твоими замечаниями по одёжке и крови всё будет тип-топ, точно тебе говорю!
— Лишь бы стража не объявилась…
— Объявится обязательно! Но ты не боись, мы отвлечём их! Главное — не срывайся слишком сильно, не молчи, изображай что надо. Как у тех бродячих артистов, что мы вчера видели в Грязном переулке.
— Они слишком громко орали. «Срывались», как раз.
— Ладно, забудь! Просто помни — тебе ненадолго надо всех отвлечь. Даже в штаны наложить не успеешь, гарантирую.
— Они всё равно коричневые… — пробормотал я, чем вызвал у «клыка» смех.
— Вот это правильный настрой! Давай, поливай руку этой дрянью, он уже недалеко…
Глубоко вдохнув несколько раз, я налил немного крысиной крови на повязку. В ноздри тут же ударил запах железа.
Ох, надеюсь, не заражусь какой-нибудь дрянью… И кто меня только за язык тянул⁈
— Похоже на свежую рану? — спросил я у Рива.
Тот оскалился.
— Похоже на то, что тебя только что чуть не прирезали. Идеально, Краб.
Я ещё раз глубоко вдохнул, и шагнул вперед, поправив на плече свою сумку, в которой лежал мешочек с песком — по весу чисто кошель с монетами.
Пора начинать.
Гаррик появился на углу ближайшего дома. Шёл он неспешно, покручивая трость и что-то насвистывая. Я посмотрел на Рива, дождался кивка — и рванул.
Выскочил из переулка, спотыкаясь, будто меня кто-то преследует — и с разбегу врезался в чиновника!
— Ой! — ахнул он, едва удержав равновесие.
Я тут же вцепился ему в рукав здоровой рукой — глаза навыкате, дыхание прерывистое, зубы стучат…
— Помогите! Помогите! Они убьют меня! — закричал я так, чтобы слышали все вокруг.
Гаррик отпрянул, но я не отпускал его, притворяясь, что дрожу от страха.
— Помогите, прошу!
— Пшёл прочь! — буркнул он, пытаясь вырваться.
— Нет-нет-нет, пожалуйста! — я всхлипнул, подумал о том, что меня сейчас изобьют, умудрился пустить слезу — и уже через мгновение начал изображать истерику, так, чтобы все прохожие вокруг слышали мои слова, — Они сломали мне руку… Чуть не отобрали посылку! Если я её потеряю, хозяин…
Я сделал паузу, будто с трудом подбирая слова — и увидел, что на нас оглядываются люди.
— … хозяин Га-а-а-арвин мне вторую сломает! Он меня тоже… убьё-ё-ё-ё-ёт!
Я разродился почти настоящими рыданиями, постоянно оглядываясь назад.
Гаррик замер, услышав знакомое имя, и его взгляд оказался прикован ко мне.
Есть!
Между тем, вокруг нас собиралась толпа. Люди тыкали пальцами, перешептывались, кто-то уже кричал: «Да что тут происходит?»
Я же не давал Гаррику опомниться: