В испуге всплеснув руками, она вскрикнула:
– Как вы напугали меня!
Толстяк попытался встать, но его лицо исказилось гримасой боли. В ярости он зарычал.
Элли забеспокоилась.
– Не шевелитесь! – Она огляделась в поисках кого-нибудь, кто мог бы ему помочь.
Невероятно, но он попытался подползти к ней, все еще волоча за собой опору для строительных лесов… очевидно, хотел, чтобы она помогла ему подняться. Но Элли понимала, что с его весом ей это не удастся.
По мосту медленно проезжал на велосипеде юноша. Здесь не разрешалось ездить на велосипеде, но Элли не собиралась отчитывать его.
Толстяк застонал и откинулся назад, выпустив из рук шест, который так предательски подвел его.
Элли остановила велосипедиста.
– Пожалуйста, нам нужна помощь. Этот бедняга поскользнулся и упал. Возможно, сломал лодыжку.
– Но у меня нет мобильного! – воскликнул юноша, которому едва хватило любопытства слезть с велосипеда.
– Эй! – окликнули их двое рабочих, вернувшихся с обеда. – Чем вы тут занимаетесь?
Элли снова объяснила всю ситуацию. Рабочие поспорили с юношей о том, кто должен пойти к ближайшему телефону и вызвать помощь.
В конце концов толстяк достал собственный мобильный телефон и с сердитым видом набрал номер скорой. Элли с велосипедистом молча наблюдали за ним. Рабочие были недовольны тем, что толстяк потревожил их строительные леса.
– Это она во всем виновата, – заявил толстяк.
– Боюсь, что да, – согласилась Элли. – Или отчасти так. – Она повернулась к рабочим: – Скажите, почему вы так небрежно бросили строительные материалы, что ни в чем не повинный прохожий упал и поранился? Неужели вы не понимаете, что он может подать иск в городской совет из-за вашей невнимательности, если попадет в больницу со сломанной ногой?
Рабочие попытались оправдаться. Они все тщательно убрали перед уходом. Ради всего святого, вокруг столько предупреждений! Толстяк вообще ничего не сказал. Ни слова не вымолвил, кроме того, что вызвал скорую по телефону.
Прибыли врачи и, поразмыслив, как лучше всего убрать такого большого, тяжелого мужчину с середины пешеходного моста, усадили его в инвалидное кресло и потащили прочь. Элли не завидовала толстяку, которого поволокли вниз по ступенькам. Она спустилась с моста вместе с велосипедистом, рассказав по пути, как впервые заметила этого бедолагу возле благотворительного магазинчика. И разозлилась на себя за то, что забыла спросить его, не нужно ли сообщить о происшествии кому-нибудь из его близких.
Юноша пожевал резинку и пожал плечами. Элли стало интересно, прогуливает ли он уроки или уже достаточно взрослый, чтобы просто слоняться по улицам. Что ж, это было не ее дело.
Но она действительно беспокоилась за толстяка.
– Я позвоню в больницу позже, узнаю, как у него дела.
Элли почти забыла о первоначальной цели своего визита в эту часть города. Но затем вспомнила, что на верхнем этаже универмага есть приятное кафе и ресторан, а она еще не обедала. Отведав рыбы с жареной картошкой и выпив чашечку хорошего чая, Элли почувствовала, что теперь сможет выбрать кровать.
Было довольно волнующе думать о том, что спустя столько лет у нее появится другая кровать. Что-нибудь с мягким, удобным матрасом. И с новым постельным бельем. На обратном пути она заскочит к полицейским в церковный зал, просто чтобы подтвердить свои показания… а потом домой.
Улыбаясь, она поспешила к универмагу.
Элли вышла из церковного зала, жалея, что вообще туда пошла. Она не понимала, что происходит.
Она подняла зонтик, потом снова опустила его. На самом деле моросил такой слабый дождь, что зонт можно было и не открывать. На автобусной остановке толпились школьники, болтали, пихались и толкались, оживленные, яркие… шумные. Элли посмотрела, нет ли среди них Тода, но не смогла его разглядеть.
Она была так близко от бульвара, что подумала, не заскочить ли ей в магазин и не купить ли чего-нибудь поесть, но вспомнила, что в холодильнике лежит размороженное мясо.
Элли действительно не хотела думать о Кейт. Или об убийстве.
Пересекая лужайку возле церкви, она встретила священника, который торопливо шел, высоко подняв голову, и как обычно без пальто. Она хотела пройти мимо, помахав ему рукой, но он остановился.
– Все в порядке, Элли?