– Я… не знаю! Я просто не могу… Оставьте меня в покое!
– Вы думаете, ваша жена снова отправилась на встречу с ним? По договоренности?
Тишина.
– Она бы не ушла так быстро и без своего пальто, если б собиралась далеко, правда? Возможно, он подошел и постучал в окно здесь, попросив ее встретиться с ним у церкви, где он припарковал свою машину. А потом… что случилось потом?
Тишина.
– Я предполагаю, что произошла ссора, она ударила его, и он упал навзничь, ударившись головой о бордюр. Когда она поняла, что натворила, то запаниковала, заметила, что церковь открыта, затащила его туда и оставила там.
– Я думал, его сбила машина.
Голос Армана прозвучал угрюмо.
– Он был убит одним ударом по голове, но не перед алтарем, где его нашли. Сразу после смерти его подтащили к алтарю и оставили там. Символично, не правда ли? Его оставили у алтаря. Кейт собиралась выйти за него замуж до того, как появились вы, не так ли?
– Нет!
– Вы уверены?
Долгая пауза.
– Оставьте меня в покое! Вы меня мучаете!
Тишина. Стоявший на пороге полицейский поежился, повернулся и закрыл стеклянную дверь, оставшись внутри вместе с Арманом и коллегой.
Элли тоже поежилась. Поднялся ветер. У нее все тело затекло от неудобной позы. Она торопливо сгребла листья в корзину, забросила ее в дальний угол сарая и поднялась в дом, чтобы выпить еще чашку чая.
К тому времени, как Элли выпила свой чай, полицейские ушли, а она так ничего и не предприняла в связи с пропажей ценных вещей Фрэнка.
Она откинулась на спинку кресла и задрала ноги. Закрыв глаза, подумала: «Мне плевать на вещи Фрэнка. Мне на все наплевать. Я просто хочу, чтобы этот день закончился прямо сейчас и не становился еще хуже».
Толстяк докладывал по мобильному:
– Да, все хорошо. Она отправилась за покупками, долго ни с кем не разговаривала. Священник пришел позже. Я видел их в окне, он обнимал ее за плечи и все такое. Явились две свиньи[4], но не к ней. К ее соседке. Да, это действительно смешно. В округе ходят слухи, будто его убила какая-то давняя пассия. Что еще лучше, девушка живет по соседству со старой каргой. Свиньи зашли навестить подружку, а вместо этого наткнулись на ее муженька. Я видел их в саду за домом. Они просидели там около часа… старая карга все это время торчала в своем саду по соседству… похоже, подслушивала.
В трубке раздалось кряканье.
– Не-а, вряд ли она что-то выболтала, иначе свиньи вцепились бы в нее. Может, она просто слишком глупа, чтобы понять то, что видела…
Наступило воскресное утро. Элли собралась в церковь, выполнив всю ту мелкую работу, которую обычно делала по утрам в воскресенье. Она протерла пыль в гостиной, выбросила субботние газеты, полила комнатные растения и достала из морозилки небольшой кусок мяса на ужин.
Затем позвонила тете Друзилле. Либо она, либо Фрэнк – обычно Элли – всегда звонили ей по воскресеньям перед церковью. Хватит ли у нее смелости рассказать тете Друзилле о пропаже вещей Фрэнка?
– Ты опоздала! – прозвучало приветствие тети Друзиллы.
Элли немедленно заняла оборонительную позицию.
– Неужели? Мне жаль. Я и не подозревала…
– Ты думаешь, мне больше нечем заняться, кроме как сидеть и ждать твоего звонка? Ты никогда не проявляла ко мне никакого уважения!
– Но вы ведь знаете, что это неправда…
Раздалось фырканье.
– Что ж, жизнь должна продолжаться, и если я могу оставить прошлое позади и смотреть в будущее, то надеюсь, что и ты сделаешь то же самое. Ты идешь в церковь сегодня?
[4] В Англии используют разные оскорбительные прозвища для полицейских: бобби, грязь, свиньи.