Внезапно место, где была набита новая татуировка, пронзило болью. В глазах потемнело. Откуда-то издалека послышалось злорадное блеянье…
Приступ прошёл так же быстро, как и начался. Разве что во рту пересохло. Нащупав стакан, я дрожащими пальцами поднесла его к губам и залпом выпила остатки воды. А затем поднялась и, пошатываясь, пошла к кладовой. Уж не знаю, почему, но на миг показалось, что блеянье доносилось именно отсюда.
8-2
Однако в кладовой было пусто. Вернее, не так. Пусто здесь, разумеется, не было. В тесном помещении дружной кучкой стояли мешки с крупой и картошкой. В центре высился чугунный котелок. На оставшихся двух полках виднелись остатки чистой посуды… кстати, за сутки накопилось прилично грязной. Надо бы её помыть.
Хмыкнув, я сделала шаг вперёд и зачем-то заглянула в котелок. Словно там действительно могло внезапно появиться что-то новое.
Разумеется, внутри ровным счётом ничего не было.
— Померещится же, — пробормотала я и, развернувшись, задумчиво побрела к столу. Присела на лавку. И как-то незаметно доскребла остатки каши прямо из горшочка.
Потом встала. Собрала грязную посуду. Вынесла на улицу – и, слегка морщась от саднящей боли в ободранных ладонях, перемыла всё в тазу. Благо, мыло я нашла ещё вчера. Вернула всё в кухню.
Ещё раз выглянула во двор.
Напротив крыльца темнел бурьян, отбрасывая на стены дома причудливые тени. На секунду показалось, что трава шевелится, и я передёрнула плечами.
— Померещится же, — ещё раз повторила я и покачала головой.
Закрыв дверь, я пошла в комнату. На миг подумалось, что из четырёх дней, проведённых в новом мире, я всего второй раз иду спать своими ногами – надо же. И впервые имею возможность нормально подготовиться ко сну.
Кстати, переодеваясь, я обратила внимание, что татуировка как будто слегка потускнела… А возможно, всё дело было в сгущавшихся сумерках.
— Надо ведь накопать червей! — вспомнила я. Потопталась возле сундуков и вздохнула. — Ладно, завтра пораньше встану…
Сладко зевнув, я растянулась под одеялом и прикрыла глаза. Комната пахла чистотой и свежим деревом. А ещё – парным молоком. Запах навевал мысли о далёком детстве и бабушке… Неудивительно, что я очень быстро провалилась в сон.
Снились мне опять обрывки непонятных картинок. Тут я снова была Мелиссой в её естественной среде обитания. То скучала за партой, то танцевала на средневековом балу, то обедала за длинным столом, совершенно не путаясь в приборах. Говорила с кем-то, на кого-то ругалась…
А под конец картинка медленно потускнела, словно телевизор выключился. И на тёмном фоне появился незнакомый мужчина. Лет шестидесяти на вид, с аккуратной бородой и узловатыми пальцами. Подошёл вплотную и встал, грозно нависая надо мной – рост позволял.
— Ты когда уже делом займёшься? — прогрохотал он так, что я внутренне содрогнулась.
— Так я и занимаюсь… — попыталась возразить я. Жаль, изо рта не вылетело ни звука.
— Что происходит? — попыталась возмутиться, но тщетно. Как это часто бывает во сне, я очень сильно пыталась хоть что-то сказать, но у меня ничего не получалось. Я беззвучно открывала и закрывала рот, с каждой секундой всё сильнее раздражаясь.
Незнакомец наблюдал за мной с любопытством биолога-натуралиста, слегка пожёвывая губами.
— Надень кулон, — произнёс он, обрывая мои мучения.
Я удивлённо замерла и огляделась, пытаясь понять, о каком кулоне речь. Но вокруг меня ровным счётом ничего не было. Только незнакомец. Он покачал головой и добавил:
— Просыпайся?
— А? — выдохнула я, удивляясь внезапно обретённому голосу.
— Лисса, просыпайся! На рыбалку пора!
Я села с резким вдохом, глядя прямо перед собой. И тут же застонала и упала обратно. Когда-то давно, года два назад, я решила держать себя в форме и взяла абонемент на занятия степом. Помню, на следующее утро я проклинала всё на свете, справедливо полагая, что эти занятия были худшим решением в моей жизни. Потому что тело болело неимоверно.
Так вот, ответственно заявляю, что та боль была сущей ерундой по сравнению с тем, что я ощущала сейчас. Не пошевелиться же! Кошмар…
— Я не пойду, — простонала я.
— Почему? — возмутился Марик. — Ты же обещала! И я удочки принёс.