— Возьмут, — уверенно сказал Колька. — В разведчики возьмут, они теперь нужны дозарезу. Для разведчика чем меньше рост, тем лучше.
— А меня возьмут?
— Ну, нет, ты не годишься, — засмеялся Колька.
Потом Колька рассказывал о немецком генерале, который проиграл сражение из-за соринки, попавшей в глаз. Сначала Роман внимательно слушал, потом шепот брата стал сливаться с тиканьем часов, с храпом, с сонным бормотаньем бабушки. И вот все поплыло, завертелось, из-под кровати вырос усатый генерал огромного роста в каске. Генерал тер обеими руками глаза и, плача, ругался:
— Доннер-веттер!
Был он похож на Женьку.
КАК ЗВЯКАЮТ КЛЮЧИ
Едва Роман переступил порог класса, как град «ударов, тычков и пощечин обрушился на него. Кто-то завыл от восторга, кто-то крикнул:
— Бей его!
От боли и неожиданности Роман присел, но, тотчас догадавшись, в чем дело, с необыкновенной поспешностью повернулся и, прежде чем нападавшие успели принять меры, выскочил из класса, пробежал коридор и очутился на дворе. На бегу, ощупав голову, сообразил: ранцами пустыми били. Здорово! Покрыть хотели целым классом.
У ворот Роман дождался Крякина. Крякин, прищурившись, внимательно выслушал его и, зевнув, сказал:
— Не люблю драться. Черт с ними!
— Как же черт с ними? — возмутился Роман.
— Сейчас придем, они опять бить будут.
— А мы подождем до начала уроков: при Гликеше не тронут.
— А потом?
— А потом придумаем что-нибудь.
Так и сделали. В школу пришли, когда класс встал на молитву. Появление друзей было встречено сдержанными смешками, но больше ничего не случилось.
Начались уроки.
Крякин, обернувшись, вдруг прошептал спокойно:
— На большой перемене бить нас будут.
Тон у Крякина был такой, словно он сообщил, что их будут угощать пирожными. Сдерживая злость, Роман спросил:
— А мы что же будем делать?
— Придумаем, — ответил Крякин. На последнем уроке он шепнул Роману:
— Дураки они. Кто же пустыми ранцами дерется? Набей-ка свой книгами поплотнее: ранец у тебя тяжелый, — как стукнешь, так сразу с ног долой.
— А ты драться собираешься? — с ужасом спросил Роман.
Крякин кивнул головой.
— Со всем классом?
— Наплевать. Только меня слушай. Если драться умеючи, весь класс разгромим.
Урок подходил к концу. Стрелки классных часов незаметно подвигались к двенадцати, и чем ближе подходила перемена, тем беспокойнее становилось в классе. Все ерзали на своих местах. Роман, чуть пригнувшись, набивал ранец книгами.