– А на что похоже?
– Не шути со мной.
– Я и не шучу.
Их игра в гляделки продолжается недолго; Марго подходит к кровати и хватает Дина за запястье, начиная тянуть на себя, – молча намекает, что тот должен сесть.
– Тебе придется это выпить.
– Иди на хуй! – Дин вяло выдергивает руку. И пусть он выглядит совсем слабым – глаза его сверлят Марго с жадной ненавистью. – После всего, что я тебе рассказал, ты пытаешься затолкать в меня эту дрянь?
Не закатить глаза не получается, потому что, господи, этот мальчишка совершенно не понимает ничего – лишь держится за остатки гордости, которая и та скоро черным дымом растворится поутру.
– Именно после того, что услышала, я и пытаюсь впихнуть в тебя эту, как ты выразился, дрянь! – рявкает Марго.
– И чем ты вообще от них отличаешься, а? – цедит сквозь зубы Дин.
– Всем, – следует мрачный ответ. – Раз не хочешь по-хорошему, будет по-плохому.
Она зажимает заляпанную отпечатками пальцев пробирку зубами, чувствуя во рту привкус собственной крови, и залезает на кровать. Спустя всего минуту вялой возни, ибо Марго не встречает почти никакого сопротивления, она зажимает чужие руки коленями и садится на Дина сверху. Тот последний раз дергается и плотно смыкает губы, отворачивая голову. Марго берет пробирку в одну руку и зубами достает из нее пробку, после выплевывая ее куда-то в сторону.
– Ненавижу тебя, – слышит она, – надеюсь, ты в аду окажешься первой.
– Не волнуйся, все там будем рано или поздно, – безразлично отвечает Марго и свободной рукой хватает Дина за подбородок, заставляя посмотреть на себя. – Хватит уже носиться со своими никому не нужными принципами как с писаной торбой, идиот. Ты можешь умереть. Да ты уже, блять, помираешь тут лежишь! Вот нахуя оно мне сдалось?
– И правда: нахуя? – Дин едва разжимает губы, когда говорит. – Какая разница, сдохну я или нет?
– Слабак, – шипит Марго, – конченый безвольный слабак, вот ты кто. Решил, что если со сцены сойдешь, то тебя уже ничто касаться не будет? Типа уже не увидишь, как мир к чертям катится, да? И как твоя собственная сестра катится туда же? Думаешь, после смерти проблем уже не будет?
– Прекрати! – орут на нее, начиная бить ногами по кровати. – Я, блять, делал все, что от меня зависит! Ты ни хуя не знаешь, поэтому иди и выбрось себя из окн…
Марго ловко пользуется моментом и разом вливает содержимое пробирки Дину в рот, после плотно зажимая его ладонью, а пальцами другой руки – нос, чтобы перекрыть доступ к кислороду.
– Я просто хочу, чтобы ты не помер, пока меня нет, – плюется она словами, надавливая рукой сильнее. – Больше мне от тебя ничего не нужно на данный момент, кретин долбаный.
Дин не двигается совсем – смотрит в глаза только и не моргает даже. А Марго становится противно, но не от взгляда чужого, а от себя самой опять. И чего-то еще, что скользит по самой кромке разваливающегося на части сознания. Где-то там, за разломами, спрятана та, кем она была раньше, и Марго знает наверняка, что с этим человеком у нее нет ничего общего.
– Эм-м.
Она оборачивается, выпрямляясь, и видит застывшую в дверном проеме Лив. Девушка глядит то на нее, то на Дина, который тоже повернул голову, чтобы рассмотреть пришедшего. И, кажется, он удивляется чему-то, потому что следом сглатывает – слишком громко, если судить по лицу Лив, которая абсолютно точно это услышала.
– Не хочу ничего знать. – Девушка поднимает обе руки. – Вообще не горю желанием. Подожду в коридоре. – Она уходит, а Марго отнимает ладонь от чужого лица.
В уголке губ Дина застыла капля крови; бледные губы испачканы красным в том месте, где плотно смыкаются. Выглядит жутковато – особенно вкупе со свирепым взглядом, которым Марго попросту сжигают. Она бессознательно дергается, когда видит, как секунду назад сжатый в узкую линию рот слегка приоткрывается и кожу нижней губы подминают под себя небольшие клыки.
Марго реагирует быстрее, чем думает, – хватает за шею и прижимает к подушке, не давая дернуть головой.
– Убери сейчас же, пока кто-то не увидел!
Ярость с лица Дина мгновенно пропадает, сменяясь искренним изумлением. Так и не выдвинувшиеся до конца клыки медленно втягиваются назад, оставляя после себя небольшие симметричные ранки на губе.
– Ты… Ты совсем с ума сошла?
– А ты нет? – Марго отпускает его шею.
– Я собирался тебя укусить.
– Да неужели. – Она слезает с кровати. – Попробуй еще раз завтра.