— Нет, — вздыхаю я. — Я просто хочу забыть об этом.
Он нежно целует меня в висок, и этот простой, ласковый жест заставляет меня улыбнуться.
— Тебе станет легче, если я скажу, что охранник получил по заслугам? — спрашивает он.
— Его уволили?
— Да, но это не все, что он получил.
Я смотрю на него, и в его глазах снова появляется тот же интенсивный взгляд, что и раньше.
— Ты что-то с ним сделал?
— Тебя это побеспокоит, если я сделал?
Я качаю головой, и на моих губах появляется улыбка.
— Я показал ему, что бывает, когда угрожаешь кому-то, кто принадлежит мне.
— Он еще дышит?
— Да.
— Он целый?
— Определи, что значит «целый».
Я улыбаюсь.
— Со мной должно быть что-то не так, раз мысль о том, что ты делаешь с ним ужасные вещи, делает меня счастливым.
— Ты счастлив, что я все уладил, или что с ним все в порядке? — спрашивает он.
— И то, и другое может быть правдой.
Он тихо смеется.
— С тобой все в порядке. Если он собирается приставить тебе оружие к лицу, потому что ему нравится чувствовать свою власть, то он заслуживает наказания. То, что ты рад, что он получил по заслугам, не делает тебя плохим человеком. Это делает тебя человеком.
— Да, это правда. — Я прижимаюсь щекой к его крепкой груди и пытаюсь скрыть легкий вздох удовлетворения, который вырывается из моих губ.
Я никогда раньше не обнимался с кем-либо, и тем более не был «маленькой ложкой». Я не думал, что мне это понравится, но я ошибался. Быть обнятым его руками почти так же приятно, как секс. Надеюсь, он думает так же, потому что я не хотел бы быть единственным, кому это нравится.
— Расскажи мне, что произошло, когда он направил на тебя оружие, — говорит он. В его голосе слышится твердость, которая не совсем похожа на приказ, но достаточно близка к нему, чтобы у меня возникло желание подчиниться ему.
— Я замер, — тихо говорю я. — Я переписывался с другом, и в следующий момент он сошел с ума и направил на меня автомат. Потом вы вмешались, а я остался замершим, как статуя, пока вы все улаживали.
— Почему ты сказал, что замер, как будто это плохо?
— Потому что это плохо? — Я смотрю на него. — Я чуть не обмочился, потому что он направил на меня автомат, а Феликс и Киллиан без раздумий бросились передо мной, и ты обезоружил его, как будто делаешь это регулярно. Затем ваша перепалка с Джейсом заставила его и других охранников убежать и спрятаться, хотя они были единственными, у кого было оружие.
— Не единственные, — вставляет Джекс. — Но единственные с видимым оружием.
— Я знаю, что это должно меня пугать, но это не так.
— Всегда лучше быть готовым, — говорит он небрежно. — Но вернемся к тому, что ты сказал. — Его тон снова становится серьезным. — Ты замер, потому что это нормальная человеческая реакция, когда на тебя направлено оружие.
— Ты не замерз.