Джухон хватает его за плечи откуда-то сзади, но Хосоку наплевать. Он ощущает жар чужой-родной крови под коленями, упирающимися в пол, совершенно точно чувствует, как пол разбегается зияющими провалами трещин и тянет, тянет его на дно, схлопываясь над головой маслянисто-вязким полотном из боли и страха.
— Прекрати!
Сон давит на кровоточащие запястья Хенвона и толкает спинку стула вперед. Так, чтобы он балансировал на передних ножках без возможности упасть, удерживаемый прикрепленным к горлу парня тугим обручем, прибитом цепью к стене. Че только тогда начинает дергаться и хрипит что-то нечленораздельное, давится и задыхается. Металл на шее перекрывает воздух, а Хенвон лишь слабо шевелится. Наркотики подавляют любые реакции, и он медленно шевелит распухшими губами, не в силах поймать ускользающие крупицы жизни.
Хосок не выдерживает. Растекается по полу, воет, уткнувшись в сгиб дрожащего локтя, но телефон из ладони не выпускает. Вырывается из рук Джухона и вопит в подставленный к самым глазам экран:
— Не трогай его! Я все тебе отдам, только прекрати!
Молчание прерывается лишь агонией Хенвона. Джухон все-таки хватает Хосока за плечи, тянет на себя и удерживает любые попытки вырваться. Его пугает происходящее. Настолько, что он впервые в жизни готов схватиться за собственное оружие и пустить Шину пулю в висок. Потому что никакие пытки его не готовили к тому, как справляться с подобными катастрофами.
Он видит. Так отчетливо видит, как Хосок переламывается вдоль некогда крепкого позвоночника и осыпается мелкой, едва различимой в обманчивом мраке кабинета, пылью. Ли даже глаза закрывать не решается. Переводит взгляд с телефона на Шина, с Шина на телефон, и обратно. И боится посмотреть на свои ладони, на которых, кажется, остаются темные липкие пятна, потому что Шин Хосок осыпается пеплом, затапливая все вокруг собственной кровью.
Сон Хену переводит камеру на себя, опускает стул на все четыре ножки и улыбается уже в сотый раз за последние несколько минут, отмечая искаженное болью лицо Шин Хосока.
— Надеюсь, тебе больше не требуются доказательство моих намерений? Или ты отдаешь мне всё, что я прошу, или можешь в качестве прощания получить труп своего маленького Хенвона.
Хосок жмет телефон к груди обеими руками, опускает голову и шепчет:
— Все забирай. Что хочешь делай, но не мучай его больше. Пожалуйста.
Слова, даже не смотря на шепот, резонируют по телу Джухона, разрезая алмазной крошкой каждый сантиметр. Ли крепче перехватывает ослабленное тело Шина поперек живота и наблюдает за реакцией Хену, потому что ему вдруг кажется, что сейчас его друг — это оголенный кусок из нервов и растерзанной плоти: дотронься, и болью пробьет крест-накрест по каждому миллиметру замысловатого сплетения сосудов, разрушая спинной мозг по самое основание.
А Хену ловит очередной приход, видя Хосока таким раздавленным и сдавшимся. Растоптанным без особых усилий — просто знай, куда бить. Ему нравится эта власть. Нравится чувствовать себя хозяином положения.
— Хорошо. Я не сомневался в твоей сговорчивости, — Сон переключает видео-связь на обычный звонок и спокойно договаривает, — О сделке договоримся чуть позже.
И сбрасывает вызов.
Шин не верит в то, что все закончилось. Не верит ни единому слову Хену. Он прокручивает в голове побитый, совершенно вымученный взгляд Хенвона, затертый пятнами его крови, и понимает, что он не хочет собирать распавшиеся по округе части себя. Он не хочет прекращать свою боль, потому что заслужил так страдать. Всё, чего он желает на самом деле, так это вытащить Хенвона из этого дерьма и защитить. Даже если придется до конца жизни защищать его от самого себя.
— Джухон… Я его убью. Голыми руками. Заставлю сдохнуть в собственных ошметках. За каждую секунду, что он был рядом с Хенвоном, он будет платить.
— Мне вызвать Минхека? — осторожно спрашивает Ли, вынимая из трясущихся пальцев погасший подсветкой телефон, но так и не выпуская Хосока из собственной стальной хватки.
====== Painkiller ======
SHTower. Кабинет Шин Хосока. 01:00. Три часа до нападения.
Хосок сидит за своим столом, напротив него в кресле – Ли Джухон. На диване расположились Ли Минхек и заместитель Джухона – Рон.
— Последний раз повторяю план, чтобы не было никаких недочетов, — говорит Шин, откинувшись на спинку кресла, — Человек Рона подъезжает к воротам особняка и таранит их автомобилем. Сразу после удара приводим в действие взрывчатку. У нас есть буквально 10 минут, пока люди Сона и он сам будут отстреливаться, и вообще пытаться понять, что происходит. Ясное дело, что все побегут к воротам, и именно тогда мы зайдем в особняк по входу, который показал Минхек. Хенвона этот урод, как мы поняли, держит в подвале, а тайный путь в особняк проходит как раз через него. Так что, если накладок не будет, я думаю, мы выйдем прямо на камеру с Хенвоном. Как только он будет у меня, в игру вступаешь ты, — Хосок пристально смотрит на Рона, — Все мои люди под твоим руководством окружают особняк и начинают мясорубку. Повторяю, из клана Сона никто в живых остаться не должен. Хену я беру на себя. Он первым делом прибежит в камеру с Хенвоном, чтобы, прикрывшись им, спасти свою задницу. Если эта тварь вообще не живет там, конечно. Мы с Джухоном встретим его уже в подвале. Есть какие-то вопросы? — спрашивает Шин и тянется к бокалу.
— Я тоже хочу пострелять, — вдруг прерывает тишину Минхек, — Я ведь уже работаю на тебя и хочу принять самое активное участие. Я уже не помню, каково это — отнимать жизнь.
— Я начну тебе доверять только тогда, когда проверю, что путь, который ты указал, не является ловушкой, а пока будешь сидеть здесь и ждать, — отвечает Хосок голосом не терпящим возражений и встает из-за стола, — Выезжаем, — говорит он парням и, взяв пиджак, идет на выход.
The Beast Rises.
Услышав звуки взрыва со стороны ворот, Джухон и Хосок, пригнувшись, пробегают туда, где по словам Минхека был вход, ведущий в особняк. Ли не обманул, тайный ход и правда вел к подвалам и к тому же не охранялся. Самоуверенность Сона на этот раз сыграла с ним плохую шутку. Шин и Ли судорожно ходят между камер, которых оказалось в подвале не мало, пока не находят нужную.
Хенвон лежит на испачканном своей же кровью матрасе на полу. От левой руки парня тянется цепь, второй конец которой прибит к стене. Джухон сразу набирает Рона и дает приказ о нападении. У Шина сердце сжимается, когда он видит своего любимого в таком состоянии. В какой-то момент Хосоку даже кажется, что парень не дышит. Шин садится на пол рядом с Че и проводит ладонью по его лицу. Парень не двигается. Хосок понимает, что он чем-то накачан.
— Хенвон-а, все хорошо, все закончилось. Я вытащу тебя отсюда, — шепотом говорит ему Хосок, не прекращая гладить бледное и осунувшееся лицо Че. Ресницы Хенвона подрагивают, парень реагирует на голос Хосока, но открыть глаза у Че нет сил.
Джухон стоит слева от двери и молча наблюдает разворачивающуюся перед его глазами душераздирающую картину.
В следующую секунду в помещение врывается Сон Хену с одним из охранников. Последний сразу же падает на пол замертво, поймав пулю от Джухона в висок. Хену, замерев, стоит и смотрит на уже вставшего на ноги Хосока. Ли, ногой оттолкнув труп, становится напротив двери, закрывая путь для побега.