Я вовсе не слуга демонического бога. Том 2: читать начало книги онлайн

Цзи Чжисюй смотрела на человекоподобное существо размером с гору и чувствовала, как тревога сжимает желудок.

Тело гиганта окутывали грозовые облака и сверкающие молнии. Покрывавшая его чешуя была чем-то вроде брони, поверх которой поблескивала вязкая субстанция. В руках гигант держал обсидиановую секиру и огромный щит. Глаза исполина метали белые молнии. Легенды не лгали: это существо поистине можно было назвать ужасающим. Город, раскинувшийся под его ногами, казался крошечным. Вот только… появление гигантского чудовища почему-то не вызвало никакой паники. Казалось бы, огромный человек с секирой и щитом должен был сразу привлечь внимание всех жителей залитого дождем города, но… нет.

Гигант появился вместе с ударом молнии – и одновременно с этим открылся разлом…

Цзи Чжисюй сразу же поняла, в чем дело. Все остальные существа тоже почувствовали это. То, что творилось вокруг, больше нельзя было назвать реальностью. Разлом открылся в Царстве грез, и граница между грезами и реальным миром размылась.

Магическое зеркальное яйцо считалось очень сильным артефактом прежде всего из-за способности подчинять разум окружающих в период инкубации. Все, кто вглядывался в зеркальную скорлупу, испытывали непреодолимую жажду завладеть яйцом. Чем дольше оно воздействовало на человека, тем сильнее становился эффект. Магическое зеркальное яйцо могло управлять теми, кто попал в плен его магии: марионетки делали все, чтобы обеспечить его необходимыми питательными веществами. В определенном смысле Магическое зеркальное яйцо было волшебным артефактом.

Поэтому каждое зеркальное яйцо подлежало уничтожению.

Однако при необходимости его можно было использовать, создав условия полной безопасности, – в противном случае никому не удавалось противостоять его давлению на разум. В период вызревания, то есть после усвоения достаточного количества питательных веществ, Магическое зеркальное яйцо становилось вратами, через которые в этот мир проникали Чудовища грез. Иными словами, любое магическое яйцо было живым односторонним телепортом между мирами.

В древние времена маги считали, что каждое магическое яйцо – предвестник дурных событий, намеренно созданный Чудовищами из Царства грез и отправленный в реальный мир, чтобы когда-нибудь стать вратами.

Башня тайных ритуалов и Союз правды действовали оперативно и практически уничтожили и Белых волков, и Багряный культ. Они начали верить, что катастрофу удалось предотвратить, ведь в большинстве случаев столь малого времени было недостаточно для вылупления Магического зеркального яйца.

Белые волки вырезали кучу народа, но этих жертв не хватило, чтобы напитать артефакт веществами, необходимыми для открытия большого разлома, ведущего в Царство грез. Никто и подумать не мог, что в качестве «дров» для растопки «костра» Белые волки используют магов Багряного культа… и даже своих охотников.

Разлом застал всех врасплох. Никто этого не ожидал.

Цзи Чжисюй сделала два глубоких вдоха, пытаясь успокоиться, медленно отступила, после чего развернулась и бросилась прочь. Ее спокойствие и рациональный подход к любой катастрофе, укрепленные стальной решимостью, подавили инстинктивный страх. Цзи Чжисюй четко осознавала, что в данный момент лучшая стратегия – это бегство. Конечно, она могла попробовать победить гиганта, вот только даже с ее силами шансы на победу были ничтожны. С богом молний и дождя, каждая клеточка тела которого излучала угрозу высшего ранга, разобраться под силу или Башне тайных ритуалов, или Союзу правды.

За ее спиной послышался леденящий душу безумный смех Харриса. Оглянувшись, Цзи Чжисюй увидела, как он, шатаясь, словно пьяный, идет по воде навстречу призванному богу.

Сделав несколько шагов, он вскинул руки, бормоча что-то бессвязное. Его глаза лихорадочно блестели, а на коже стремительно прорастали бородавки, из которых вылезали изуродованные конечности, разрывавшие его тело.

Через несколько шагов Харрис перестал качаться из стороны в сторону и с глухим плеском упал лицом в воду. Его жизнь оборвалась. Он уничтожил всех черных магов Багряного культа, убил тысячи мирных жителей и принес в жертву Белых волков – группу охотников, которую так старательно создавал несколько лет. И все ради призыва бога, который не удостоил его взглядом. Даже балансируя между жизнью и смертью, Харрис хранил верность богу – и все из-за дурманящей разум магии зеркального яйца.

Цзи Чжисюй взглянула вверх. Гигант оглушительно взревел, поднял обсидиановую секиру и пронзил ею облака. Оба лезвия секиры ослепительно блеснули. Из них посыпались искры, которые превратились в белые зигзаги молний, соединившие небо и землю.

Грянул гром. Бесчисленные трескучие всполохи устремились вниз, уничтожая все на пути.

Призванный бог расширял свои владения.

– Всему персоналу занять боевые позиции! Союз правды произведет первый выстрел из Пушки разрушения эфира. Команды один, два, три и четыре должны уничтожить Чудовищ, которые вырвутся за пределы Царства грез. Команды пять и шесть должны подготовиться ко второму выстрелу в соответствии с разработанным планом. Весь оставшийся персонал обеспечивает прикрытие для Пушки разрушения эфира.

Уинстон – глава боевого отдела Башни тайных ритуалов и действующий великий рыцарь света – отдавал приказы, прижимая к губам аппарат связи. Потом он отложил аппарат и принялся наблюдать за гигантом вдалеке, но внезапно что-то вспомнил, повернулся к помощнику и крикнул:

– Где Джозеф?!

Помощник на мгновение опешил, но тут же нашелся:

– Он уже вышел на связь. И запросил координаты места, где появилось Чудовище грез, сказал… нам не стоит так волноваться, потому что Чудовище идет по дороге своей гибели…

Уинстон на мгновение застыл и удивленно спросил:

– Вокруг творится настоящий ад, а он сохраняет спокойствие? Это похоже на него…

Не успел он закончить, как рядом мелькнул яркий луч света.

– Пушка готова? Так быстро… – Уинстон прищурился, рассматривая луч, а затем воскликнул, не поменявшись в лице: – Нет, это что-то другое!

Кто это или что это?

Совещание подошло к концу. Все разошлись. В конференц-зале остался только Андре.

Бум! – саданул он по столу кулаком в приступе гнева.