Жизнь зовет: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Холера, — рычит он, отдуваясь, — мелководье проклятое.

И было за что бранить эту речонку. Ведь Яша хватил в нее в таком месте, где вода ему и до пупка не доставала. Ну и, конечно, пузятину свою в кровь спустил о галечник. Но он у нас герой. Побранился малость, но не приуныл. Я еще в себя не пришел от переживаний по поводу несчастья, постигшего начальственную утробу, как Яша уже отыскал глубокое место и поплыл. Вот плавает, скажу я вам! Куда до него природным пловцам — моржу там или тюленю. Без единого всплеска плывет, словно не руки у него, а ласты под водой работают. Ничем себя не выдает, даже головы не видно. И если бы не его самое тяжелое место, игрой неведомых сил в воде обретшее поразительную легкость, которое, как бакен торчало все время над водой, я бы, ей-богу, подумал, что он утонул… Так вот, поглядел я, поглядел на Яшин этот самый бакен и успокоился. Все, думаю, с начальством в порядке…

Слушали Андрея, боясь слова упустить. Хохотали до слез. Не то, чтобы очень уже смешное рассказывал он, а просто по привычке, как всегда, когда он что-либо рассказывал. Ему прощали и выдумки, и насмешки. С ним почему-то было весело и легко, и его любили.

После поездки изменил свое отношение к Андрею и Петр. Он не искал его общества, но и не отказывался от него. А Андрей, уловив эту перемену, стал с Петром еще более фамильярным.

Рассказывая, он все косил на него дружески-насмешливый глаз и порой подмигивал, словно признавал его соучастником рассказа. А закончив и похохотав вместе со всеми, отвел Петра в сторону.

— Слышь, Петька, — отрывисто шепнул он, — вечеринку затеваем у меня на квартире…

— По какому случаю?

— План квартальный добре сработали. Премия вышла знатнецкая. Вот и решили спрыснуть… Придешь?

— А кто будет?

— Своя братва, прокатчики. Только без жен. Чуешь? — Он толкнул Петра в плечо и мигнул: — Мужское общество — дружное и суровое. — И уже строго: — Так к шести… Без опозданий.

Оставив Петра, Андрей валко пошел по проходу между станами, весело поводя по сторонам своими живыми, с вечной усмешкой, глазами. Но сейчас с усмешкой таилась в уголках чуть сощуренных глаз озабоченность.

«И пришла же блажь Яше, — недоумевал он, — подай ему Петьку на вечеринку — и баста. Что-то он, пентюх старый, задумал».

Взбив надо лбом свалившийся на бровь чуб, Андрей легкой походкой довольного жизнью человека шел к Груздеву с докладом.

…Петр не успел сказать Лиде, которую за последнее время уже сердить начинало домоседство, о предстоящей вечеринке, она, узнав об этом от других, дома устроила скандал.

За обедом, недовольная медлительностью и замкнутым лицом Петра, Лида спросила:

— Не вкусно?

Петр покачал головой и ответил невпопад:

— Нет… Вкусно…

— Не знаю как и понять: «нет», «вкусно».

Тон Лиды показался Петру странным, и он спросил недоуменно:

— В чем дело?

— Не люблю, когда хмуришься подозрительно.

— А почему тебе кажется, что я хмурюсь?

— Потому что молчишь.

— Просто голова занята мыслями.

— Конечно, занята, — вспылила Лидочка, — мыслями о вечеринке, о которой мне и знать не положено.

— Лидушка, — усмехнулся добродушно Петр. — Ну, куда ты поехала? Собирают, правда, вечеринку. И я пойду. Неудобно чураться товарищей. Но думать о ней… А ты как знаешь?

— Сказали люди…

Разговор замялся. Каждый был занят своим делом, но к вечеру, когда Петр начал собираться, ссора вспыхнула снова.

Заметив, что Лида тоже собирается, Петр спросил: