Он ничуть не изменился за прошедшие шесть лет. В то время как я повзрослела и заметно изменилась, Хранитель, будто стрекоза в янтаре, застыл в возрасте примерно тридцати лет. Даже белая рубашка с золотым рисунком и красные, заправленные в золотистые сапоги, штаны, казалось, были теми же самыми, в которых я увидела Галаарда впервые. Или очень похожими. Он вообще любил этот стиль и не изменял ему всё то время, пока мы жили под одной крышей.
Рыжие, идеально уложенные волосы, касающиеся плеч, полыхнули огнем под лучами восходящего солнца.
Я забыла о своем решении ни за что на свете не смотреть в его сторону.
Сердце пропустило удар.
А потом рвануло из грудной клетки, то ли навстречу человеку, по которому, оказывается, безумно скучало всё это время, то ли в попытке сбежать, спрятаться куда подальше от того, кто однажды приказал его остановить.
— Немаги на выход! — коротко скомандовал Хранитель, даже не удостоив прибывших по его распоряжению в такую рань людей хоть сколько-нибудь пристальным взглядом.
И остался стоять, безучастно ожидая, когда выполнят его повеление.
Сердце заходилось в бешеном ритме от облегчения и чисто женской уязвленности. Он меня не узнал! Не узнал! Это, конечно, хорошо, правильно, подобного эффекта я и добивалась, но все-таки до чего же обидно!
— Прошу вас покинуть пляж, — предельно вежливо, в отличие от своего работодателя, распорядитель обратился… к нашей группе «правых». — Вы можете возвращаться по домам.
Я вышла из ступора и с изумлением посмотрела на черную макушку моей дочки. В смысле, нас? В смысле, мы не маги?! Но я ведь точно знаю, Алина проявляла свою силу. И как они вообще решали, кто тут маг, а кто — нет?
— Моего сына никто не тестировал! — солидарно с моими мыслями возмутилась одна из мам, дородная высокая женщина, обнаружив, что ее шанс пристроить отпрыска на теплое и в будущем хорошо оплачиваемое местечко уплывает к другим детям. — У него вполне могут быть магические способности! Пусть его проверят!
Распорядитель невозмутимо указал на невзрачный камень, выделяющийся в белой кладке входной арки. И на который я не обратила внимания, когда проходила под ней.
Женщины ахнули, сразу догадавшись, что это за предмет.
— Артефакт, выявляющий магию в человеке, — послышался выдох в толпе «отверженных». — Дорогой и крайне редкий. Надо же, Дракон даже такое использует.
А я про себя тихо порадовалась, что эта дорогая и редкая штука, лакмусовой бумажкой реагирующая на волшебников, работает на расстоянии, и его не пришлось касаться рукой. Иначе не было бы больше у Дракона ценного артефакта. А я бы спалилась ещё на проходе через арку.
— Но я — маг, — возразила мама одной из девочек рядом с нами. — А меня определили к немагам! Это какая-то ошибка?
— Распределение шло по способностям детей, а не родителей, — спокойно пояснил распорядитель. — В той группе есть женщины-немаги, чьи дети, тем не менее, излучают магическую энергию. Вот потому они там, а вы — здесь. А теперь попрошу вас покинуть пляж. Это прямой приказ Хранителя, сами слышали.
Женщины недовольно заворчали, но ослушаться не решились и всей толпой двинулись к арке. Мы с Алиной стояли к ней ближе всех и раньше остальных оказались под аркой, как вдруг…
— Стоять! — рявкнул вдруг Галаард, впившись взглядом в плотную цепочку покидающих пляж детей-немагов и их матерей.
И быстрым шагом направился к нам.
Глава четырнадцатая
Я сжала руку дочери и едва удержалась, чтобы в ужасе не попятиться от Дракона. Стрельнула глазами на верх арки, под которой мы как раз находились, но камень-артефакт, конечно же, отсюда увидеть не могла. Неужели он как-то, пусть и с опозданием, отреагировал на нас с Алей?
Но Галаарда интересовал вовсе не артефакт, выявляющий магию. На него Хранитель даже не взглянул. Не дойдя нескольких шагов до столпившихся рядом с аркой гостей, он замер, нахмурился и обвел их недоумевающим взглядом. Крайние женщины, которые шли сразу за нами, теперь стояли так, что удачно закрывали одну застывшую в напряжении иномирянку и маленькую девочку рядом с ней.
Дракон тряхнул головой, словно сбрасывая наваждение, затем развернулся и ушел прочь не оглядываясь.
А немагов, наконец, отпустили.
В машине я пристегнула Алину ремнем безопасности и откинулась на спинку сидения. Выдохнула. Получилось. Получилось! Я до сих пор не верила, что всё обошлось, и нехитрая маскировка помогла. Или за шесть лет Галаард действительно забыл мое лицо, что тоже возможно. Хотя, помнится, он хвастался своей феноменальной памятью.
Осталось переждать, пока все разъедутся, и можно спокойно трогаться в путь домой. У моего железного коня нет волшебных примочек для избежания столкновений и аварий, правилами дорожного движения этот мир не озаботился из-за их ненужности, поэтому я не стала рисковать и выезжать с парковки при таком скоплении транспорта.
— Мама, прости, — доверительно и чуточку виновато зашептала со своего места Алина. — Я нарушила твой запрет.
— Какой? — не сразу сориентировалась расслабившаяся я.
— Я старалась, очень старалась, — затараторила девочка. — А потом увидела того красивого дядю. С чудесными волосами, прямо как пламя в камине. И оно получилось само… как с драконом…