— Думаешь, врал?
— Кому-то — определённо. Помнишь нашу квартирную хозяйку?
— Её забудешь, — сестрица чуть успокоилась.
— Так вот, она первой доложила Мишке, что Роберт — просто замечательная партия. Что он холост и молод, и собой хорош, и донельзя перспективен. Честно говоря, мы поэтому и не лезли…
— То есть, вы замечали…
— Что ты им заинтересовалась? Так-то да… а что в этом плохого?
— Сав? — в комнату заглянул Метелька. — Ну чего там?
— Ужасно! — Светлана, обменявшись с сестрицей полными смысла взглядами, с радостью вскочила. — Если у Савелия всё просто плохо, то у вас, молодой человек, просто-напросто ужасно! И поэтому мы должны кое-что прояснить…
В общем, хороший предлог оставить нас с Танькой вдвоём. Всё-таки Светочка меня удивляет. Иногда она кажется наивной до безобразия, настолько, что порой закрадывается мыслишка, не издевается ли она таким, хитрым способом, не замечая вещей очевидных. А потом понимаешь — не издевается. И вправду не замечает.
При этом сейчас вот она чётко поняла, что лишняя.
И Метелька лишний.
И вообще…
— Да я старался! — раздался голос Метелький, полный какого-то невыразимого отчаяния. — Честно, старался вот…
Дверь на сей раз она прикрыла.
— Боже, — Танька прижала ладони к щекам. — Мне в жизни не было так стыдно!
— Тебе-то чего стыдиться?
— Ты и вправду не понимаешь?
— Не-а. Ну понравился мужик. Вроде показался ничего таким. В смысле, годным. И хорошо. Ты ж молодая и красивая. И почему б не выйти замуж, когда так всё складывается? Нет, если б там у вас и вправду к замужеству повернуло, мы б его проверили.
С Николя я вот планирую побеседовать. Выяснить кое-какие детали. Пусть мы ему и обязаны, но… сестра у меня одна. А дважды на одни грабли наступать не хочется.
— Ну а так-то…
— Действительно, не понимаешь… Сав… — Татьяна замялась и поглядела в окно, будто там надеялась найти спасение от разговора.
— Хочешь, в сад выйдем?
— Нет. Не стоит. Тут вполне неплохо… Сав, у нас ведь ничего не осталось. Даже имени. Громовы… были и нет. И я теперь не пойми кто.
— Громовы есть. Ты есть. Мишка. И Тимоха. Я вот тоже. И значит, живы Громовы. А что пока имя другое, так это временно. Считай, ушли в подполье. Но чутка окрепнем и выйдем.
— Когда?
— Не знаю. Врать не хочу. Но всю жизнь под чужой фамилией я ходить не собираюсь. Как минимум нужно окрепнуть. Чтоб ни одна падла сунуться не посмела…
— Не год и не два, — Татьяна умела делать выводы. — Пять, десять… для женщин время идёт иначе. Светлана… она вот сказала, что замуж не собирается. Она хочет посвятить себя служению обществу. Народу. Но я… я не достаточно…
— Шибанутая?
— Что?
— Нормально хотеть семью. Свою семью, Тань. И ничего плохого в этом желании нет. Как и в том, что оно побуждает искать себе пару. Это Светка в шибанутости своей хочет облагодетельствовать весь мир.